Девушка стояла возле столика в ступоре, держа разнос в руках, поникшая, лицо её было красным, из яростно сверкающих глаз вот-вот должны были брызнуть слёзы. Смех пьяной компании только усилился, после реакции молоденькой девушки на слова их плешивого товарища. Она не могла отойти, и просто стояла, сконфузившись, сжимая в руках разнос, собираясь разрыдаться от стыда. Но в этот момент произошла неожиданная сцена. Размашистым движением, дону Хуану Сапатеро прилетело в челюсть хорошо сбитым кулаком от оказавшегося подле Андрея Варшавского. Нокаутированный пьяный увалень повалился со стула на пол, словно мешок с компостом.
Его друзья несколько мгновений были в шоке, от такого стремительного развития событий. А затем один из них произнёс: это всё из-за этой малолетней шлюхи! Но тут уже молоденькая официантка пришла в себя, и залепила новому оскорбителю со всей силы металлическим разносом по физиономии. Началась потасовка.
Кто-то из гостей первым бросился и стал разнимать Андрея, сыпавшего на испанском языке отборной матроской руганью, и пьяных озлившихся работяг. Пока не подоспел хозяин забегаловки и закричал, замахав руками на Андрея:
- Этот человек из посольства, его нельзя трогать! Он из посольства! Сейчас приедет полиция, и будет разбирательство. Лучше бы вам убраться отсюда поскорее.
Потасовка не cразу, но довольно скоро прекратилась, когда смысл слов хозяина дошёл до пьяных буянов. И захмелевшие мастеровые, подняв с пола до сих пор пребывающего в полу-нокауте похотливого дона Хуана Сапатеро, потащились вон из кафетерия.
- Почему вы решили, что я из посольства? – спросил Андрей, обтряхивая одежду, когда буяны удалились.
- А вы разве нет? Для иностранца вы очень хорошо говорите на испанском, даже с некоторым южным диалектом. Особенно это было слышно, когда вы бранились в адрес этих проходимцев. Вот я и подумал, что вы работаете в американском или европейском посольстве в Аргентине. – Отвечал добродушно хозяин. – Вы поступили благородно, что заступились за малютку Анжелику. Я бы один не справился с этими пьяницами. Обычно никто и них не приставал к ней. – Как бы слегка оправдываясь проговорил пожилой мужчина.
Сама же Анжелика, после того как сходила в уборную, умылась и пришла в себя, вернулась в зал, протянула руку Андрею и тихо проговорила – спасибо. Бородатый путешественник с удовольствием пожал ей руку, с интересом заглядывая в её карие, почти чёрные, глаза.
С тех пор Андрей каждый вечер проводил в этом кафетерии. Пил кофе, продолжал писать, общался с хозяином, который с охотой рассказывал ему о культуре, обычаях, законах, политике и преступном мире Аргентины. Особенно пожилой мужчина любил поболтать о Тукумане, его родном городе, в котором он родился, вырос и обзавёлся семьёй. Молоденькая официантка с любопытством поглядывала на Андрея, но редко с ним заговаривала. Пока однажды, когда Андрей засиделся до самого закрытия, и оказался последним гостем, хозяин кафетерия попросил проводить его юную работницу домой. Так как он, сегодня вечером, несколько раз видел мелькавшее через дорогу лицо того плешивого пьяницы, который приставал к ней. Андрей согласился.
От дона Сантьяго Агилера, хозяина заведеньица, он узнал, что Анжелика Пассарелла – девятнадцатилетняя сирота из маленького посёлка под Тукуманом, у которой из родственников есть только старая больная тётка. Что родители её умерли десять лет назад, и что она, окончив школу, приехала в город, мечтая поступить в университет. Но, так как у неё совершенно не было денег, она устроилась на работу в этот кафетерий, и несколько недель ночевала в кладовке, пока дон Сантьяго и его супруга помогали ей в поисках съёмного жилья, проявив участие к трудолюбивой девушке из провинции. Она уже десять месяцев работает в кафетерии без выходных, пытаясь накопить деньги для учёбы. Но что её тётка хворает, и девушка раз в месяц на пару дней ездит к ней в посёлок, отвозит лекарства. И что в эти дни, пожилым хозяевам забегаловки, приходиться закрывать кафетерий, потому что без неё они совершенно не справляются, ведь она очень расторопная и ответственная работница.
У Анжелики был небольшой велосипед, больше подростковый, чем взрослый, на котором она ездила на работу и домой. Жила она в однокомнатной старой квартирке, которую арендовала вместе с другой девушкой, что работала барменом в ночном клубе, так что соседки пересекались очень редко.
Провожая девушку домой, Андрей рассказывал ей забавные истории из своей жизни путешественника, коих у него имелось великое множество в памяти, так что она звонко и, по-детски открыто, смеялась всю дорогу. И они даже задержались перед её домом на несколько минут, чтобы он закончил начатую хохму. Анжелика пожала ему руку, восторженно хлопая глазами, как-то естественно произнесла – до завтра, привязала велосипед возле подъезда и лёгкой походкой, едва касаясь грешной земли, упорхнула по ступенькам на свой этаж. Андрей проводил её глазами стоя у дверей подъезда, пока не услышал, как хлопнула дверь её квартиры. Он не спеша шёл домой пешком, ощущая приятное волнение.