Идущая неторопливо Елена тоже немного опаздывала. Но сегодня был не ее эфир, поэтому особенно спешить было незачем, и она пошла к метро не по центральной улице вместе с общим людским потоком, а другой, своей любимой дорогой: по узкой улочке между большим, отлично оборудованным стадионом Академии и скромной пристройкой к старому жилому дому – зданием журфака университета, который когда-то закончила сама. Она любила ходить именно здесь. Потому что иногда, особенно золотой осенью, вот как сейчас, когда утром еще солнечно, но уже не по-летнему свежо и прохладно, именно здесь ей, сливающейся с толпой идущих на занятия студентов, удавалось мысленно «поиграть» самой с собой в возвращение в юность.
Золотая осень? Или «бабье лето»? Она всегда путала, когда кончается одно, и начинается другое.
Елена очень любила свои утренние прямые эфиры, – ей, «жаворонку», они были совсем не в тягость: около пяти утра за ней приезжал телевизионный «рафик», мчал по оживающим понемногу улицам до Телецентра, и дальше все шло в привычном ритме: прическа, грим, «микрофон включен», звонки телезрителей… Доброе утро!
На баскетбольной площадке Академии управления студенты, по виду не старше второго курса, сегодня играли в баскетбол. Елена шла мимо и любовалась, как они прыгают, носятся, пасуют… Девчонки на невысоких трибунах «болеют», преподаватель свистит в свисток, крики, смех…
В тот момент, когда Елена поравнялась с изгородью, окружающей стадион, один из парней с такой силой стукнул по мячу, что тот перелетел через чугунные копья изгороди и, нахально подпрыгивая, покатился все дальше, дальше… Одинокий мячик еще скакал по тротуару, когда Елена уже прошла мимо.
Другой игрок, высокий парень с лохматой русой головой подбежал к забору, проследил взглядом траекторию движения мяча, увидел, что ближе всех к нему только темноволосая девушка, одетая в черные брюки и джемпер. Без особой надежды в голосе окликнул ее:
– Девушка!
Елена, уже отвлекшаяся от спортивного зрелища, сначала не обратила внимания на оклик. Но, парень, «прибавив громкости», повторил свой призыв:
– Прекрасная девушка с чудесной походкой, оглянитесь!
На этот раз Елена услышала, обращение ей понравилось, и она обернулась на голос с улыбкой, чуть удивленно приподняв брови.
Юноша посмотрел на нее, она – на него… Кажется, на мгновение паренек в красной футболке «Найк» забыл, зачем к ней обращался. Наконец он выговорил, уже с другой, не такой призывной, но от этого не менее искренней интонацией:
– Прекрасная девушка, вы не могли бы мячик кинуть. Во-о-он он покатился! Я бы и сам добежал, да пара кончится, а надо еще этим накидать… Пожалуйста!
Елена молча, не заставляя себя долго упрашивать, кивнула баскетболисту, вернулась за сиротливо лежащим у обочины мячом и легким движением, выдающим хорошую спортсменку, «подала» мяч парню. Тот ловко принял его, улыбаясь действительно красивой и стройной Елене все шире:
– Спасибо!
– Пожалуйста, – просто ответила Елена, отряхивая ладошки и поправляя сумочку на плече, и спокойно отправилась дальше.
На лице у парня за несколько секунд отразилась целая гамма чувств: смутное узнавание, интерес, восхищение… Вместо того, чтобы сразу вернуться на площадку, он пошел вдоль изгороди, стараясь не отстать от Елены и в то же время взглянуть еще раз на ее красивое лицо. Она видела его маневры, но шла, не поворачивая головы, и улыбалась – не забавному симпатичному мальчишке, а… просто так, хорошему осеннему утру.
– Мне кажется, я вас знаю… я вас где-то видел…
Лена невольно улыбнулась – именно эти слова она слышала от незнакомых людей чаще всего, поэтому и отвечала всегда примерно одно и то же:
– Хотелось бы верить… – и, уже не оглядываясь, направилась к спуску в метро, по привычке доставая из сумочки свои темные очки.
Неожиданный ответ заставил парня озадаченно поднять густые темные брови… Тут с площадки донесся возмущенный окрик:
– Шумахер, блин, ты играешь или что?
Парень обернулся на голос, сильным броском послал мяч в толпу игроков и трусцой побежал на площадку, все еще оглядываясь, с заметным сожалением, на удаляющуюся от стадиона Елену… Внезапно он остановился, круто развернулся и крикнул вслед еще не ушедшей из поля зрения женщине:
– Елена! Доброе утро, Елена!
Лена уже стояла у ступенек перехода, ведущего к метро. Она улыбнулась сама себе, секунду подумала, обернулась и все с той же открытой улыбкой помахала симпатичному парню рукой. А потом, прыгая совсем по девчачьи то через одну, то через две ступеньки, спустилась вниз. И без того хорошее настроение почему-то стало просто прекрасным!