Когда Елена услышала голос Бориса, звучащий в студии, она почти не удивилась:
– Лена, вы любите спорт?
Так, она постарается вести себя с ним так же, как и с обычным зрителем. Профессионал она, в конце концов, или зачем? Лена привычно улыбнулась и доброжелательно подтвердила:
– Да, разумеется! Я, между прочим, КМС по художественной гимнастике и очень этим горжусь!
– Правда? А как вы относитесь к автогонкам?
Вот тут уж она просто рассмеялась, вспомнив его желтенький «болид»:
– Смотря к каким. Если это Формула-1, то положительно, а если по городу – то не очень.
Борис не унимался:
– Сегодня на улице Бельского, в семнадцать ноль-ноль по местному времени, возле дома номер 83 стартует тренировочный заезд местной команды Феррари!
Володя Морозов, хорошо знавший, где живет Лена, неодобрительно посмотрел на свою соведущую, которая не смогла сдержать совершенно неуместного заливистого девчачьего смеха, и обратился к невидимому собеседнику:
– Неужели именно по этому адресу?
Борис невозмутимо продолжил:
– Да, там дорога хорошая, городского транспорта нет. Я приглашаю прекрасную половину «Доброго утра» принять активное участие…
Но Лена уже взяла себя в руки и, мило улыбаясь, ответила:
– Спасибо за интересный звонок, мы со съемочной группой «Доброго утра» обязательно постараемся…
А сама подумала: «Ну, хватит, Елена Сергеевна, покатались немного и ладно. Приехали…»
Елене и в голову не пришло, что дома, именно на словах «мы постараемся» ее давно уже бодрствующий муж Алексей Александрович выключил телевизор.
Лена приехала домой после утренней передачи очень быстро, нигде не задерживаясь. А ведь телецентр такое место, из которого невозможно уйти, двадцать раз не остановившись, не перекинувшись со знакомыми хоть парой слов, не узнав последние новости.
Взлетела, как птица, на третий этаж…
Алексей был на кухне, уже одетый для выхода на улицу допивал чай.
Запыхавшаяся Елена спросила, с виноватой нежностью глядя на него:
– Ты чего сегодня так рано собрался? Какая у тебя пара?
Найденов ответил, ополаскивая чашку и аккуратно, как-то слишком – будто для натюрморта – аккуратно ставя ее на полку:
– А у меня сегодня нет пары.
Потом повторил, явно «со значением»:
– Нет пары… – и пошел в прихожую.
Лена поняла, что происходит что-то важное, что-то плохое, и торопливо пошла вслед за ним.
Алексей остановился, снимая с вешалки плащ:
– Холодает…
Сделал паузу. Посмотрел на нее – не то сердито, не то с жалостью:
– Лен, я поживу у мамы пару недель, ты пока разберись с… чувствами. Я буду… ждать.
Елена не знала, как поступить. Держать за рукав? Броситься на шею? Опять просить прощения? За что? Ей-то казалось, что все уже кончилось – видит Бог, не начавшись, – и в доме должен наступить мир, прежний покой, доверие. Слезы комком встали в горле. Хотела что-то сказать – и не смогла. Только слабый писк прозвучал, смешной и нелепый.
Но Алексей подошел к ней, легонько, как-то мельком поцеловал в щеку и вышел, осторожно закрыв за собой дверь.
Лена вернулась на опустевшую кухню, устало опустилась на стул и заплакала.
Желтенький «зэп» несся по улицам, такой же веселый, как и его водитель, легко обгоняя своих собратьев, по возможности вписываясь в «зеленую волну» и эффектно затормозив только возле дома Елены. Борис посмотрел на окна и понял, что не знает, на какую сторону выходят Еленины. И все же посигналил: «Если услышит – судьба»…
«Ну, конечно, он! Кто бы еще такой сигнал себе догадался поставить», – подумала Лена, услышав хрипловатую музыкальную трель. Отбросила в сторону толстый дамский журнал, в котором только что прочитала, воодушевившую было ее, фразу: «…самыми прочными считаются браки, если разница в возрасте партнеров составляет пятнадцать лет. При этом непринципиально, кто из них – муж или жена – старше».
Лена осторожно выглянула в окно: так и есть, «Феррари» и его пилот. Она кинула взгляд на часы – ровно семнадцать ноль-ноль. А вдруг как раз сейчас вернется простивший ее и соскучившийся Леша? Придет, а ее нет? Пару секунд она постояла в замешательстве, а потом решительно сняла с плечиков плащ: вечера теперь прохладные. Лицо, отразившееся в зеркале, ей не понравилась – уж очень засияли глаза.
В городе – осень, но уличные кафе еще долго, не меньше месяца будут стоять на улицах, радуя глаз яркими зонтиками над пластиковыми столами. Вот и хорошо. Ну, присели за столик под зонтиком двое. Сидят, пьют кофе, разговаривают у всех на виду. Телезвезда и ее молодой коллега, будущий журналист. Разве им не о чем поговорить?