Поднявшись на лифте, они устремились по светлому коридору, мимо дверей с номерами, остановились у шестьдесят шестой. Темноволосая открыла при помощи пропуска, и все трое вошли в небольшую комнату. Напротив входа к стене был прикреплен блокнот с отрывными листами и держателем для карандаша.
— Значит вам нужно прямо к замку? — уточнила Серафима.
— Именно, — кивнул Падаль.
Взяв карандаш, темноволосая быстро написала что-то в блокноте, после чего на стене прорисовалась дверь.
— Прошу…
— Большое Вам спасибо, — Ангелина хотела снять чужое кольцо, но Серафима остановила её.
— Оставь себе. На память… — она открыла дверь, за которой зияла темнота.
— Спасибо, — ещё раз повторила девушка, подтянув лямки рюкзака, и остановилась у порога.
Падаль подошел к ней.
— Знаешь, — обратился он к Серафиме. — Если честно, я до последнего ожидал какой-то подставы… Даже неловко теперь…
— Ничего. Можешь поставить себе плюсик за догадливость, — спокойно ответила темноволосая.
— Что?
— Отправляйся туда, где тебе место, Падальщик! — Серафима резко и с силой захлопнула дверь, столкнув двоих в неизвестность.
Упав, Ангелина ощутила под собой землю — самую обычную. Вверху — серое небо и ветви деревьев.
— Где…
— Заткнись, — зло шикнул Падаль. — Эта сатанинская подстилка… Вот же тварь! Как знал, что не надо ей верить… — он быстро огляделся. — Ни звука…
Ангелина осторожно поднялась, вдруг перстень на её пальце засветился красным, и из этого свечения возникло лицо Серафимы — она смеялась.
— Добро пожаловать в лес самоубийц, дорогие мои!
Падаль подскочил от громкого голоса и, выругавшись, попытался снять кольцо с пальца спутницы, но тщетно.
— Будьте осторожны, у здешних стражей очень острый слух! — свечение погасло, и смех Серафимы постепенно стих.
Ангелина испуганно посмотрела на Падаль, и тот резко толкнул её, упав сверху — над ними просвистели когти гарпии. За деревьями раздался быстро приближающийся лай стаи псов. Падаль повернулся на звук, интуитивно закрываясь руками, и тут же его предплечье сжали челюсти жуткого черного пса. Страшно выругавшись и сильно пнув подошвой ботинка другую собаку в нос, Падаль поднялся, махнув правой рукой, сбил тушей повисшего на ней пса сразу двух животных.
— Да отцепись нахрен!
После удара о дерево собака взвизгнула и разжала челюсти. Оскалившись и чуть отступив назад, Падаль усмехнулся и превратился в крупного — куда больше каждой собаки — волка. Ангелина испуганно отползла назад и вдруг услышала слева от себя едва различимый стон — в трещинах на коре дерева она разглядела искаженное болью человеческое лицо, выше — ещё одно и ещё… Огромная черная тень резко накрыла девушку, и в плечи вцепились когти гарпии.
Сомкнув мощные челюсти на горле одной из собак, волк трепал её, как щенок игрушку. Крик Ангелины заставил его остановиться и отшвырнуть жертву. Девушка отчаянно хваталась за лапы гарпии, стараясь освободиться — земля становилась всё дальше и дальше. Погнавшись по земле за летающей тварью, Падаль вернулся в человеческий облик и затем взмыл в воздух. Летела гарпия быстрее, и, пошарив по карманам, мужчина извлёк старый револьвер, проверив заряд, прицелился и выстрелил, затем ещё и ещё раз. Пронзительно взвизгнув, гарпия стала снижаться, дыры на крыльях быстро затягивались, но этого времени хватило, чтобы Падаль поравнялся с гарпией, забравшись ей на спину, сжал руками голову этого чудовища и резко развернул её на сто восемьдесят градусов — раздался хруст, и гарпия со своей добычей камнем полетела вниз. Падаль успел подхватить Ангелину в метре от земли, и вновь поднялся с ней в воздух.
— Жива? — спросил он, взглядом оценив разрыв на куртке девушки.
— Царапины… — выдохнула Ангелина, почти не чувствуя боли от пережитого потрясения. — Почему она меня заметила?
— Эхолокация или типа того… — придерживая одной рукой повисшую на нём девушку, Падаль рассмотрел разорванный рукав своего плаща. — Грёбаные псы… Чёрт, — резко дёрнувшись в сторону, он увернулся от ещё одной гарпии. — Лучше побыстрее свалить отсюда…
За последующее время полёта над Лесом самоубийц прямых конфликтов с чудовищами удалось избежать — гарпии не могли лавировать между ветками деревьев так легко, как это делал Падаль, потому вскоре состоялось благополучное приземление на каменистый берег кольцевой кровавой реки Флагетон, которую патрулировали три кентавра.
— Не обращай внимания на этих придурков, им не до нас, — сообщил Падаль, поставив Ангелину. — Перепрыгнули с третьего на седьмой уровень — всё не так уж хреново… За лесом пустыня с огненным дождем, не слишком хочется шагать по ней вот так просто. Нам бы сразу на восьмой круг…