– Не… немедленно прекратите!
– С какой это стати? – он изгибает бровь.
И вдруг берется за пряжку ремня.
С моих щек схлынула всякая краска.
– Я… закричу! – предупреждаю его дрожащим голосом.
Он смотрит на меня изумленно – а затем хохочет.
– И что ты скажешь тем, кто прибежит? Если кто-нибудь прибежит, конечно? Что ты испугалась, когда твой босс решил принять душ?
Что? Моя челюсть отвисает.
– Принять… душ? – повторяю я слабым голосом.
С ухмылкой Гранин кивает на дверь сбоку от меня. Дверь, за которой… скрывается ванная комната. Чувствую себя последней идиоткой. Лицо пылает от стыда, ладони вспотели. Господи, какая же я… глупая! Он просто хотел принять душ – а я устроила такую сцену!
Бежать! Срочно бежать!
– Простите! – выпаливаю я и, обойдя его по дуге – он сдвинулся с места и освободил проход – исчезаю за дверью.
– Дура! Дура! Дура! – ругаю я себя, чувствуя, как на глазах вскипают слезы унижения. – Что он теперь о тебе подумает? И так обо мне невысокого мнения, а теперь и вовсе будет считать меня… курицей нелепой!
Боже, какой стыд! Какой позор!
Обругав себя как следует и вздрагивая от малейшего шума из его спальни, я вдруг понимаю, что не знаю, где мне работать. Побродив несколько минут по громадному номеру, больше похожему на пентхаус, я нахожу кресло в уютном тихом уголке и устраиваюсь на нем. Потом достаю ноутбук и открываю его. А следующую минуту смотрю на экран невидящими глазами.
Чтобы получить доступ, нужен пароль.
Я безысходно пытаюсь ввести нелепые варианты: «Кирилл», «Гранин», «Босс». Естественно, ничего из этого не подходит. Надо возвращаться. Пойти обратно к боссу в его спальню и спросить пароль. Это же просто. Всего лишь сходить и спросить.
Вот только ноги отчего-то не идут.
Когда я выбегала из его спальни, я не рассчитывала, что мне придется возвращаться туда через пять минут. Надеялась, что увидимся лишь утром – когда будет не так стыдно. А теперь выходит, что…
Что идти придется сейчас.
Я встаю и очень неохотно иду обратно.
Дверь в спальню открыта. Ну да, я выбежала и не закрыла ее. Стучу по косяку. Но Гранина не видно. Может, не слышал? Тихонько захожу внутрь. Его нет. Зато слышен шум воды в душевой. Точно! Наверняка еще моется! Зайду к нему через десять минут.
Разворачиваюсь, чтобы опять сбежать – но уже не успеваю. Потому что за спиной раздается звук открывшейся двери. Быстро оборачиваюсь.
И понимаю, что сглупила уже дважды за вечер.
На Гранине только небольшое полотенце, обернутое вокруг бедер. И больше ничего. С его волос еще стекают отдельные капельки воды. Огибают его скулы, волевой подбородок. Затем спускаются на шею, на ключицы, оттуда на грудные мышцы, живот и…
Сглатываю.
Раньше я видела такое только по телевизору: когда мужчина с потрясающей фигурой выходит из душа в одном полотенце. Поэтому сейчас я подвисаю. И подпрыгиваю от голоса Гранина:
– Я тебе нравлюсь?
– Ч-что?
– Ты не сводишь с меня глаз.
Что? Что мне ему ответить?
– С-синяк… Я смотрела на синяк.
Да! Да! Я выкрутилась! На его теле действительно есть кровоподтек, который я упустила вначале.
– Вот как? – ухмыляется Гранин, подходя ближе. – Только на синяк?
Конечно же нет! И босс это знает! Я сейчас просто сгорю от стыда! А Гранин подходит ближе, нависает сверху. У меня внезапно слабеют ноги.
– На моем теле есть еще синяки, – понизив голос, говорит Гранин, – на бедре, к примеру. Показать?
Отчаянно мотаю головой. Боюсь, что если открою рот, то не смогу выдавить из себя и звука.
–Уверена? – спрашивает Гранин. – Ведь я сам предлагаю это тебе. Тебе осталось только согласиться.
О чем это он? Делаю непонимающее лицо. В его глазах мелькает что-то непонятное: то ли удивление, то ли ожидание, то ли разочарование. Не могу понять.
– Я пришла за паролем, – выдыхаю я, опустив голову.
Не могу больше на него смотреть. Его слишком много, он слишком давит. Даже не движется, просто стоит на месте и смотрит – но ощущение такое, будто меня придавило бетонной плитой.
– Паролем, – повторяет Гранин.
Мелко киваю. Как китайский болванчик.
– Пароль – «Ангелочек», – внезапно говорит Гранин.
Резко вскидываю голову. «Ангелочек»? Как это понимать? Открываю рот, чтобы уточнить – но тут же передумываю. Это не мое дело.
– С-спасибо, – шепчу я.
А затем повторно сбегаю. А в спину мне несется предложение, от которого алеют даже мои уши:
– Двери моей спальни для тебя открыты. Заходи, если захочешь… Взглянуть на мои синяки поближе.