Анжелину била нервная дрожь. Она тихо спросила:
— Мадам, скажите, у этого скрипача длинные черные вьющиеся волосы? А цвет кожи такой, как у цыган, верно? Да и одевается он странно…
— Вовсе нет, мадемуазель. Тот, о ком я вам говорю, совершенно не такой, как вы описываете. У него короткие каштановые волосы. По цвету кожи он похож на местных жителей, которые весь год работают на открытом воздухе. Одевается он, как и все. Могу вам сказать, что бедная Марта была неравнодушна к нему.
— A-а, значит, я ошиблась…
Сбитая с толку Анжелина решила навестить Жерсанду. Про кофе она совершенно забыла. Старая дама уже проснулась и сразу же открыла дверь.
— Моя дорогая малышка, наконец-то! Боже, я вся извелась, одна, в этой комнате! Входи же!
Жерсанда обняла наклонившуюся Анжелину, которая была выше ее. Анжелина почувствовала на своих щеках легкий поцелуй. Такое проявление нежности взволновало ее.
— Мадемуазель, мне очень жаль. Если бы я могла предвидеть, что произойдет! Мы выехали из Ансену до рассвета, поскольку сосед все рассказал моему дядюшке вчера поздно вечером, — пустилась в объяснения Анжелина. — Думаю, Октавия уложила Анри и легла сама.
— Боже мой! Боже мой! Если бы ты знала, как горячо я молилась, малышка! Я не могла читать. Я должна была помолиться за душу несчастной Марты. И я думала о тебе, о том, что тебе пришлось пережить в Тулузе, когда ты узнала о смерти Люсьены Жандрон. Какое страшное совпадение, Анжелина! Мы приехали в Бьер, чтобы развлечься, а тут такое же мерзкое и подлое преступление. Я хочу только одного: поскорее вернуться в Сен-Лизье.
Анжелина села на краешек неубранной кровати. С отсутствующим видом она посмотрела на роман Золя, лежавший открытым на прикроватном столике.
— «Страница любви» — прочла она название на корешке книги. — Для некоторых любовь не существует, они признают только варварство. Жерсанда, меня терзают ужасные сомнения. Входя в таверну, я была уверена, что убийца — это Луиджи. Помните того скрипача в светлом парике и маске?
— Кто тебе сказал, что на нем был парик?
— Хозяйка. Вчера вечером, когда я узнала об убийстве Марты, я поведала дядюшке и тетушке Урсуле обо всем, что произошло в Тулузе. Я уверена, что этот сумасшедший, этот извращенец Луиджи преследует меня! Но, надо признать, он очень талантливый скрипач. Еще до того, как местные жители разожгли костер святого Иоанна, я искала в толпе, кто так хорошо играл, но напрасно. А потом вы описали мне музыканта. Я успокоилась, ведь у него не было ничего общего с цыганом. Затем я принимала роды у Эвлалии, а когда возвращалась в таверну по улице Пра-Безиаль, мною снова овладел страх, поскольку мне показалось, что кто-то идет за мной следом. Но тут появился Спасатель, и этот «кто-то» убежал.
Теперь настала очередь Жерсанды сесть. Старая дама дрожала.
— Да, ты вкратце рассказала мне о вмешательстве собаки и своем страхе. Но утром, проснувшись, заявила, что зря волновалась, что там наверняка была другая собака или кошка. Ты, несомненно, избежала ужасной смерти, а может, и чего-то худшего. Думаю, тебя преследовал убийца.
— Возможно, — согласилась Анжелина. — Сегодня утром я собиралась отправиться в жандармерию и дать показания, но сейчас колеблюсь. Хозяйка таверны описала мне переодетого музыканта, того самого, что играл на скрипке. Он совершенно не похож на Луиджи! Господи, от одного этого имени у меня мурашки по коже бегут!
Жерсанда де Беснак взяла Анжелину за руку в надежде успокоить ее.
— А как выглядит этот скрипач?
— Шатен, с короткими волосами, приятными чертами лица. Вероятно, местный житель.
— Вчера на площади, у церкви, я заметила грустного молодого человека. Возможно, это он? Боже, да я старая дура! Мне стало не по себе, поскольку этот молодой человек напомнил мне Вилли, ну, Вильяма. Нечто неуловимое: стать, форма шеи… В моей памяти вспыли радостные и плохие воспоминания. Я разрыдалась и весь день молилась.
Слова Жерсанды встревожили Анжелину. Она, еще две минуты назад полагавшая, что ошиблась, вновь засомневалась. «Господи, помоги мне! — взмолилась она. — Я уже поверила, что Луиджи не причастен к убийству, и решила, что не пойду в жандармерию. Но, возможно, Жерсанда видела именно его, поскольку он похож на Вильяма. Боже, а вдруг, к великому несчастью, это ее сын Жозеф?! Что бы ни случилось, она не должна узнать, что родила преступника!»
Анжелина удрученно покачала головой, потом закрыла глаза рукой.
— Моя бедная малышка, да ты просто комок нервов! — сокрушалась старая дама. — Давай спустимся и выпьем кофе. Я только возьму шаль.