— Последняя судьба на новый период — исцелять уходом. Предназначение — бросать девушек, после установления близкой душевной связи, заставляя их таким образом стать сильнее и умнее. Достается тебе, Саид.
Камилла посмотрела на ангела, находившегося неподалеку от нее. Черты его лица были настолько завораживающими, что собратьям казалось, в лике его они видят всю его душу. Но помимо красоты это лицо отражало также и его силу и решительность. Прямой нос и удлиненный подбородок были достаточно острыми чертами, в сравнении с выразительными миндалевидными глазами ангела. Роба Саида, перекошенная на правое плечо, полностью скрывала его фигуру, обнажая лишь маленький участок вокруг шеи.
— Знаю, Камилла. — сухо произнес этот голубоглазый юноша и умиротворенное, покорное выражение его лица изменилось. В глазах вспыхнуло разочарование, отчего они показались темнее. — Это роль негодяя.
Услышав такой комментарий, ангелы, встрепенувшись, сурово посмотрели на Саида.
— Роль справедливости. — спокойно ответила Камилла.
— Просто поразительно… После всего, что было… — продолжал Саид, не слушая ее слов.
— Гордишься?
— Причем тут это? Я ведь могу большее.
— Мы все можем большее. Но таково решение. Обо всех подробностях твоего нынешнего задания тебе сообщат примерно через восемнадцать лет от твоего рождения. До тех пор ты будешь помогать своим товарищам во всем, что им понадобится.
Саид не проронил больше ни слова. Камилла же объявила о том, что собрание завершилось. Свиток, витавший рядом с ней, ухнул в никуда, словно и не было его вовсе. Получив очередные задания, каждый ангел стал отлетать к своей сверкающей звезде. Ангелы летели, а впереди виднелся только свет; по краям же мелькала Вселенная в черном тоннеле небесного пути.
Тем временем в городе Баку на берегу Каспийского моря, над которым проводилось небесное собрание, один за другим стали загораться костры, словно отражая звездное небо. Здесь отмечали самый древний праздник — начало астрологического Нового года, день весеннего равноденствия, когда происходит природно-циклическое обновление Земли.
— С праздником Новруз! — прокричал совсем юный паренек глуховатому сутулому старику, проходившему мимо, опираясь на свою толстую клюку.
— И тебя, Исмаил! — растянул рот в доброй беззубой улыбке старик, глядя как парень подкидывает все новые прутья в костер. — На нашей улице самый высокий! Погляжу на вас, когда будете через него прыгать.
Молодежь, окружавшая костер, раздвинулась, и несколько парней перенесли длинную скамейку поближе к костру, чтобы старожилы могли на ней расположиться, а заодно и погреть прозябшие в вечернюю погоду кости.
— Еще как перепрыгнем! Как кузнечики! — ответил один из них и, ребята засмеялись.
— Раньше мы по семь таких костров разжигали. Ух, и высокие же были! А теперь вы через один семь раз прыгаете.
— Неужто выше, чем наши были ваши костры? — игриво спросил Исмаил.
— Да что там ваш напротив наших костров! Наши костры на всю деревню видно было. Выше любого дома были! — и старик поднял бороду к небесам, будто чертил ею в воздухе былой костер.
— Ну, так это не удивительно. — вступился еще один парень. — Дома-то тогда были далеко не пятиэтажками.
Парни снова весело засмеялись. Разбежавшись на достаточное расстояние, первым прыгнул Исмаил.
— Молодец! — похвалил старик. — Куда это ты? Прыгать нужно лишь с одной стороны.
Исмаил послушно вернулся на прежнее место и вновь перепрыгнул через высоченный костер. Рядом со стариком расположились еще несколько его седовласых товарищей, и каждый давал наставления веселящейся молодежи.
— Говори: «Пусть все беды и болезни горят в этом огне!» — прокричала старушка в цветастом платке.
Вокруг нее стояли девушки, наблюдая за тем, как ловко парни преодолевают высоту. Они ждали своей очереди, которая должна была подойти как раз тогда, когда костер станет достаточно низким. А старушка все повторяла:
— Очищайтесь, ребятишки, чтоб в следующий год обновленными войти. Девочки мои, может, песню споете?
Девушки не упустили возможности показать свои тоненькие голоса и завели веселую песню про четыре стихии. Каждой стихии посвящался один вторник в месяце перед основным праздником.
Отметив праздник во дворах, жители города разошлись по домам, чтобы продолжить вечер застольем. В одном из домов молодая жена готовила печеное к столу. Она не успела выйти во двор к праздничному костру, не смогла поучаствовать в народных гаданиях. Хотя гаданиями интересовались больше незамужние девушки. Это же был первый праздник, который она отмечала в качестве жены, и ей хотелось поразить супруга своими кулинарными способностями. Правда, ничего необычного она готовить не собиралась, достаточно было самой справиться с тремя основными печеными, которые в эти дни украшали каждый без исключения стол в стране. А это было задачей не из легких, так как замысловатые рецепты занимали у хозяек весь день. Обливаясь потом на душной узенькой кухне, она вынула из духовой печи подрумянившуюся выпечку, слоеное печеное «пахлава». Нарезано оно было на части образующие форму ромба, в серединку каждого женщина посадила орех. Это печеное символизировало своими четырьмя гранями все те же четыре элемента, без которых жизнь на Земле невозможна, а орех был символом человека, как центральный элемент. Быстро отложив готовую выпечку на деревянную доску, женщина взялась за второй, таких же размеров противень, на котором лежали круглые булочки. В это время в квартире зазвонил телефон. Быстро закинув противень в духовку, женщина ответила на звонок.