Тёмные глазки-бусинки этого Зверюги подозрительно прищурились.
— Ну, знаешь, нашей гостьи, Евы Дорен, — подсказала я ему.
Подозрение ушло из его глаз, сменившись… облегчением? Это определённо неожиданно.
— Посылка у тебя? — спросил у меня Зверюга.
Посылка? Какая посылка? Что, чёрт подери, Дарксторм собирался сделать с Евой? Мне не нравились новости про эту посылку, что бы в ней ни содержалось.
Но я кивнула, точно прекрасно знала, о чём он говорит.
— У меня.
— Самое время, — в его вздохе прозвучало явное облегчение. — Она меня до белого каления уже довела.
Что в этой посылке? У меня возникло смутное подозрение, что там что-то седативное. Или цепи.
— Она в западном здании. На верхнем этаже, — сказал мне Зверюга.
Я отрывисто кивнула ему, затем направилась к металлическому зданию, на которое он показал. Снаружи оно выглядело как огромный склад. Или тюрьма. Красно-оранжевая краска, которой было выкрашено здание, идеально сливалась с местным пейзажем.
Однако это здание оказалось не складом и не тюрьмой, о чём я узнала, когда вошла внутрь и обнаружила гигантский дирижабль, занимавший большую часть пространства. Потолочные панели выглядели так, будто могли раздвигаться в стороны и позволять кораблю подняться через верх. Я мысленно пометила этот дирижабль как потенциальный путь к отступлению, затем направилась по металлической лестнице наверх.
Возле двери на верху лестниц стоял охранник, державший ладонь на пистолете. Когда он увидел меня, его хватка на оружии сжалась крепче.
— У меня посылка, — сказала я, применяя ту информацию, которую получила от Зверюги.
То же облегчение отразилось на лице охранника. Он шагнул в сторону, позволяя мне войти.
Я переступила порог и оказалась в огромной комнате с выцветшими стенами цвета ржавчины и безо всякой мебели. Судя по всему, тут раньше была старая фабрика, но теперь это место служило мастерской и складом. В теории ещё и местом для допроса пленников.
— Теперь ты уже не такая надменная, да? — произнёс низкий, насмешливый голос, в котором звенела сила и высокомерие. Дарксторм.
— Прекрати, — взмолился другой голос, уже отчаянный. Ева.
Я подкралась поближе к голосам, маскируя свои шаги. Это было не здание, а гигантская жестяная банка, и все звуки отражались ужасным эхом. Дарксторм упивался тем, как разносились крики его жертв? По моему позвоночнику пробежала дрожь.
— Я прекращу, когда ты скажешь мне то, что я хочу услышать, — низкий голос Дарксторма отразился от металлических стен.
Ева издала сдавленный звук, полный боли. Он пытал её.
Я подкралась поближе, прячась за старым деревянным ящиком, и высунула голову. Я мало что могла видеть. Спина Дарксторма заслоняла мне обзор. Тихие всхлипы Евы почти заглушались раскатистым рёвом голоса тёмного ангела. Она вот-вот сломается под пытками. Мне надо вытащить её отсюда.
Вопрос в том, как это сделать. Дарксторм был могущественным тёмным ангелом, а я только недавно получила крылья. Мудрее всего было бы подождать, когда сюда доберётся Дамиэль, но Дарксторм причинял боль моей подруге прямо сейчас. Я не могла просто стоять там и никак ей не помогать.
Крадучись, я выбралась из-за деревянного ящика, готовясь напасть на Дарксторма сзади. От увиденного я застыла в ужасе.
Ева не была привязана. Она лежала на столе, совершенно голая, а голова Дарксторма находилась между её ног. Ева снова застонала, и её глаза закатились, а ногти отчаянно царапали поверхность стола. Я осознала, что слышала вовсе не стоны боли. Это были стоны удовольствия.
— Я спрошу у тебя ещё раз, — прорычал Дарксторм. — Кого ты любишь?
— Тебя, — ответила она, хватая ртом воздух.
— Кому ты принадлежишь?
— Тебе, — простонала Ева. — Я твоя. Только твоя.
— Да, — Дарксторм посмотрел на неё с довольной усмешкой. — Ты моя.
Он сбросил штаны и забрался на неё. Обхватив его тело ногами, Ева задвигалась под ним, и её стоны сделались ещё громче, сливаясь с хищным рычанием Дарксторма.
Я резко развернулась и выбежала из комнаты.
— Ты доставила посылку? — спросил у меня охранник, когда я выбежала и захлопнула за собой дверь.
— Они там заняты, — сказала я. — Я вернусь попозже.
Я спешно сбежала вниз по лестницам, напоминая себе не двигаться настолько быстро, насколько позволяли мои ноги. Бег привлечёт ко мне внимание. Мне надо оставаться спокойной. И самое главное, не допускать, чтобы меня стошнило. Это важно.
Мне нужно время, чтобы переварить это безумие, но стоило мне завернуть за угол здания, как чьи-то руки схватили меня и прижали к стене.