Дамиэль отхлебнул вина из бокала, затем протянул его мне.
— Пей. Нектар нейтрализует действие блокирующего магию зелья, которое они нам дали.
Я залпом опустошила бокал. В то же мгновение я ощутила возвращение своей магии — как будто воссоединилась со старым другом.
Ева опустилась на колени возле тела Дарксторма. Нектар был чистым ядом для тёмных ангелов, убивал их за считанные секунды, если его не убрать из их тел достаточно быстро.
— Что ты делаешь? — спросила я Еву, когда она схватила кинжал с тела мёртвого тёмного ангела. В этом оружии было что-то необычное — чёрное лезвие обладало каким-то особенным отливом.
Когда я двинулась вперёд, чтобы посмотреть поближе, Ева крепче сжала рукоятку кинжала. На клинке вспыхнули синие языки пламени.
Дамиэль положил ладонь на мою руку, удерживая меня на месте.
— Осторожнее. Это бессмертное оружие.
Ходили слухи, что синее пламя бессмертного оружия (оно называлось ангельским огнём) обладало способностью убивать ангелов. И даже богов.
— Этот кинжал называется Бриллиантовая Слеза, — сказала Ева. — Дарксторм украл его из сокровищницы ада прямо перед своим бегством. Никс послала меня вернуть это оружие.
— Это ложь, — слова Дамиэля упали подобно камню в пустом ангаре.
Стены начали дрожать.
— Это делаешь ты? — спросила я у него.
— Нет.
— Мы должны спешить, — сказала нам Ева. — Дарксторм с помощью магии привязал эту крепость к своей жизненной энергии. Если он умрёт, земля разверзнется и проглотит здание целиком. Если, конечно, после землетрясения постройки останутся целыми.
Вау. Вот это комплексное заклинание самоуничтожение.
Когда вокруг нас начали крошиться каменные стены, мы с Дамиэлем многозначительно переглянулись. Мы разом выпустили волну телекинетической энергии, которая обернулась вокруг рушащихся стен и сдержала каменную лавину.
Дамиэль сердито посмотрел на Еву, и его глаза сделались твёрдыми, как гранит.
— Кто послал тебя украсть кинжал?
— Никс.
Его голос опустился до свирепого, нечеловеческого тембра.
— Правду.
— Это и есть правда, — слезы покатились по её щекам, лоб сморщился от боли.
Дамиэль не сдавался. Безжалостные челюсти его магии сирены сминали её.
— Кто тебя послал? — его голос, жестокий и ужасающий, как будто раздавался со всех сторон разом.
Ева стиснула кинжал, пытаясь высвободиться из-под его чар. Она не могла сдвинуться ни на дюйм. Из её носа струйкой побежала кровь.
— Ты делаешь ей больно, — сказала я.
— В этом и смысл.
Я содрогнулась от его совершенного равнодушия к её боли. Что, если извечное недоверие Дамиэля ко всем на свете убьёт Еву?
Он положил ладонь на моё плечо.
— Я доверяю тебе, Каденс. А теперь тебе надо довериться мне. Я знаю, что делаю. Она ещё далеко не умирает, — он резко повернул голову обратно к Еве. — Кто тебя послал?
Её губы отчаянно задрожали; она противилась внушению Дамиэля, старалась удержать слова, которые пытались сорваться с её губ.
— Соня! Это была Соня! — выпалила она наконец.
— Демоница, которая повелевает Тёмными Силами? — переспросила я.
— Да, — сказала Ева. — Дарксторм украл кинжал у неё. Она хотела его вернуть. Она поручила это мне.
Магия Дамиэля трещала в воздухе, покалывая мою кожу.
— Как долго ты была на побегушках у Сони?
— Я никогда не была у неё на побегушках, — Ева не смотрела на Дамиэля. Она смотрела на меня. — Я позволяла ей думать, будто я работаю на неё, но я украла кинжал для Легиона.
— Ты украла его для себя, — произнёс Дамиэль угрожающим шёпотом.
— Нет, — она буквально выдавила это слово. — Чтобы сражаться за Легион, — теперь слова быстро и торопливо полились с её губ. — Если бы у меня имелось при себе бессмертное оружие, когда меня похитили Тёмные Силы, когда они доставили меня к Соне, она не сумела бы сделать… то, что она сделала.
— Она пытала тебя.
— Конечно, она пытала меня! — рявкнула на меня Ева. — Боги не вооружают нас бессмертным оружием, Каденс. Они не хотят давать нам ничего, что может быть использовано против них — о, нет. Так что они оставляют нас беззащитными перед демонами. Если бы я не притворилась сломленной, если бы Соня не поверила в моё притворство, я могла бы всё ещё торчать в её темнице. Или погибнуть, — она задрожала.
— Бессмертного оружия не так уж много, — сказала я. — Само собой, они не раздают их каждому в Легионе.