— Если ты ставишь под вопрос своё здравомыслие, то маловероятно, что ты сошла с ума, — она взяла мои руки и ласково их сжала. — Может, у тебя особенная связь с кинжалом. Или… — она выгнула брови. — …Может, дело вовсе не в кинжале.
— Что ты имеешь в виду?
— Вы с полковником Драгонсайром находились в очень даже реальной, смертельной опасности. В общих злоключениях рождаются связи.
— Ты думаешь, что я переношу свои чувства к нему на кинжал.
— Это ты мне скажи.
Я подумала над её словами.
— Я не уверена, кто для меня Дамиэль. Или кто я для него.
Её губы изогнулись в усмешке.
— Он тебе реально нравится.
— Почему ты так говоришь?
— Ты идеальный солдат, Каденс. Ты живёшь и дышишь протоколами.
Я нахмурилась.
— Ты ничего не можешь с этим поделать, дорогая. Так воспитал тебя отец. Ты разве не заметила, что Ева и я — единственные солдаты в Легионе, которых ты называешь по имени?
— Это неправда. А как же Никс?
Она усмехнулась.
— Ладно, зануда. Первый Ангел подобна богам. У неё нет фамилии. А у полковника Драгонсайра есть. Ты назвала его «Дамиэль», а значит, ты считаешь его хотя бы другом, — её улыбка озарила все лицо. Теперь она не просто улыбалась, она буквально сияла. — Но я думаю, что он — нечто большее, чем друг.
— Мастер-Дознаватель… с ним всё сложно.
— Вот уж действительно.
— А определить мои отношения с ним — ещё сложнее, — добавила я.
В её глазах зажглась дьявольская искорка.
— Ты запала на полковника Драгонсайра.
— Можно ли назвать это «запала», если это не совсем одностороннее чувство?
Дамиэля тоже влекло ко мне. Я это чувствовала. И дело не только в магии. Я чувствовала, как что-то тянет нас друг к другу, даже когда наша магия была приглушена.
— Полковник Драгонсайр испытывает к тебе симпатию, — Аллегра ослепительно улыбнулась. — Генерал будет в восторге.
Действительно. Папа предупреждал меня о Дамиэле.
— Так когда вы с полковником Драгонсайром снова увидитесь? — спросила у меня Аллегра.
— Понятия не имею. Но он обещал как-нибудь нанести визит и испечь мне блинчики.
— Если он предложил приготовить завтрак, должно быть, он планирует остаться на ночь, — она подмигнула мне.
Я открыла рот, чтобы выдать остроумный ответ (детали которого я всё ещё продумывала), но твёрдый стук в дверь пресёк момент моей риторической гениальности.
— Ого, быстро он, — прокомментировала Аллегра.
— Это не полковник Драгонсайр, — сообщила я ей. — Это мой отец.
Папин стук легко было узнать.
Я подошла к двери и открыла её. Действительно, на пороге стоял мой отец. Он не тратил времени впустую и вошёл в комнату так, будто это место принадлежало ему.
Его взгляд остановился на Аллегре.
— Капитан Прайор, вы свободны.
Он говорил особенно грубо, даже для него. Возможно, он подслушал наши сплетни.
— Каденс, — сказал он после того, как Аллегра ушла и закрыла за собой дверь. — Нам нужно поговорить о полковнике Драгонсайре. Ты понимаешь, как опасно вызывать интерес Мастера-Дознавателя. На последней миссии ты была недостаточно осторожна.
Я с трудом сохранила нейтральное лицо и не залилась ярким румянцем. Что ж, вот и доказательство. Мой отец действительно подслушал наш разговор о Дамиэле. И, как сказала Аллегра, ему это не понравилось.
В данный момент мой лучший вариант — действовать хладнокровно.
— Я ничего не делала, только подчинялась приказам. Я была идеальным солдатом.
— Не доверяй полковнику Драгонсайру. Не делись с ним секретами. Он тебе не союзник и определённо не друг. Никто не в безопасности от него, даже самый идеальный солдат. Даже я совершал проступки, которые могут навлечь на меня проблемы, если Мастер-Дознаватель достаточно долго будет копать под них.
— Ты просто циник, — сказала я.
— Я реалист. И тебе тоже надо быть реалисткой, если ты хочешь пережить расследование Мастера-Дознавателя. Он не остановится ни перед чем, чтобы выполнить свою работу, и в том числе запросто притворится твоим другом. Он изучал тебя. Он знает твои слабости, твою потребность в заведении дружбы.
Мой отец воспитывал из меня идеального солдата. Он думал, что потерпел неудачу в одном отношении: моя потребность в друзьях. Легион считал, что личные связи делали солдат слабыми.
— Ты не была осторожна в Чёрном Лесу, — сказал папа. — Ты продемонстрировала устойчивость к магии, и теперь полковник Драгонсайр тебя разоблачит.