Поскольку ожидалось большое количество гостей, завтрак должен был состояться в ротонде, где под куполообразным сводом уже были расставлены приборы. Столы и стулья перенесены в большую залу, где, как правило, устраивались балы креольского общества. Анжелика вновь растрогалась, когда увидела — сколько вокруг нее цветов.
Приглашенные встали по одну сторону, а Анжелика с мужем по другую, вместе они приветствовали гостей; большинство имен и лиц сливались для нее в одно пятно, однако она оживилась, когда к ним подошел Жан-Пьер. Он пожал руку Ролану и поцеловал Анжелику в щеку.
Как только гости были представлены друг другу, всех рассадили за стол, места во главе которого заняли Ролан, Анжелика и семья Миро.
Официанты с подносами, полными аппетитной пищи, быстро скользили мимо гостей. Блюда быстро сменялись, однако Анжелика успела выпить немного шампанского и попробовала предложенную ей закуску. Она все время ощущала присутствие Ролана, его взгляд. Широкое золотое кольцо на руке напоминало, что скоро она останется с ним наедине. Слава Богу, прием быстро закончился, и Ролан с Анжеликой и семьей Миро отправились в городской дом Миро, где Ролан переоделся в гостиной, а Эмили отвела Анжелику в спальню, чтобы помочь ей собраться для путешествия по реке на плантацию Делакруа — Бель Элиз.
Анжелика прекрасно знала, что свадебного путешествия не будет, поскольку Ролан определенно сказал, что его ждут неотложные дела в Бель Элизе. Таким образом, им предстояло провести свою первую брачную ночь именно там.
Эмили помогала упаковывать последние вещи, когда раздался стук в дверь, на который она коротко бросила:
— Войдите!
Появилась Коко — с потупленным взором, взволнованная, теребящая в руках платок. Она обратилась к Эмили:
— Мсье послал меня узнать, все ли готово к отъезду?
В свою очередь Эмили обратилась к Анжелике:
— Ты готова, дорогая?
Анжелика закусила губу и окинула взглядом большую, всю залитую солнцем комнату, которая была ее домом последние две недели. Пора было идти навстречу судьбе, уготованной ей.
— Эмили, я проверю еще туалетный столик.
Эмили прекрасно знала, что он пуст, но интуитивно чувствовала, что должна пойти навстречу Анжелике, поэтому быстро ответила:
— Конечно, дорогая. Я пока спущусь и скажу нетерпеливому новобрачному, что ты скоро присоединишься к нам. И пришлю Бенджамена забрать твой сундук.
Эмили вышла. В то время как Коко приводила в порядок оставшиеся вещи, Анжелика посмотрела на себя в зеркало. Поскольку сегодня было влажно, она надела легкое платье из тонкого бледно-голубого муслина, соломенный капор и батистовые перчатки. Она была готова к тому, чтобы выдержать солнце, которое будет нещадно палить на палубе почтового парохода. Сколько еще можно протянуть? Мысли Анжелики были неожиданно прерваны Коко, которая перекладывала туалетные принадлежности, а потом в отчаянии вскрикнула, когда хрустальная ваза, полная цветов, упала со столика.
Анжелика резко повернулась и увидела, как по деревянному полированному полу разливается вода, покрывая осколки хрусталя и цветы. Коко сразу же ударилась в истерику:
— О, мадам! Простите меня! Я — такая неповоротливая!
— Чепуха! — успокоила ее Анжелика. — Это просто случайность.
Она взяла полотенце и, несмотря на протесты Коко, помогла ей убрать осколки и поникшие цветы. Но даже после того как был восстановлен порядок, Коко продолжала хныкать.
— В чем дело, Коко? Что еще случилось? — стала настойчиво расспрашивать девочку Анжелика.
— О, мадам, вы не могли бы взять меня с собой? На плантацию к мсье?
Удивленная такой просьбой, Анжелика ответила ей:
— Я — не против. Но ведь ты принадлежишь моему дяде, — она нахмурилась, пытаясь понять, отчего девочка так настойчиво просит ее взять с собой.
— Скажи мне правду! О тебе некому побеспокоиться, пока дядя не приедет? Но ведь мадам Миро сказала, что ты будешь здесь.
— Нет, нет, не в этом дело, мадам, — прервала ее слова со всхлипыванием Коко.
— Но тогда в чем же дело? — настаивала Анжелика. — Коко, мне не хотелось бы, чтобы я казалась жестокой, но мсье Делакруа и я должны уехать через четверть часа, или мы опоздаем на пароход. Будь искренней или я не смогу ничем тебе помочь.
Девочка грустно кивнула головой, уставившись в пол, потом сдавленным голосом сказала:
— Я — enciente, мадам.
— «Enciente»? — переспросила Анжелика. — Ты хочешь сказать, что ты беременна? — И, когда девочка кивнула головой, Анжелика требовательно спросила: