— Тебе понравилось пение мисс Линд? — спросила она.
— Да, но ее голос не сравнится с твоим, — удивительно, но он улыбнулся ей.
— И все-таки ты был недоволен, когда я пела сегодня? — Анжелика была тронута его словами, но в голосе мужа было нечто, что слегка испугало ее.
Какое-то время он молчал.
— Большинство из присутствующих были чужаки. Поэтому все походило на публичное выступление.
— Дженни Линд поет перед аудиторией, так же как это делала мадам Сантони, — заметила Анжелика, слегка вздернув подбородок.
— Их обычаи в значительной степени отличаются от наших, — он сердито посмотрел на жену. — Ты что, в самом деле хотела бы петь на сцене, как мисс Линд?
— Я никогда не думала об этом… До сегодняшнего дня, — честно призналась Анжелика. — Я полагаю, в этой идее есть что-то привлекательное.
— Тогда… Тогда я не смогу разделить с тобой эту идею, дорогая.
С горделивым видом Анжелика нахмурила брови: они с вызовом посмотрели друг на друга. И вдруг Ролан вскочил и, приблизившись к ней вплотную, сжал ее груди. Через тонкую ткань пеньюара она ощутила трепет его пальцев. Анжелика напряглась и вздрогнула, увидев на его лице демоническую улыбку.
— Сейчас, мой ангел — разве сейчас не время поработать во имя ребенка, которого ты так хочешь? — прошептал он.
Анжелика покраснела, но ничего не ответила, продолжая неотрывно смотреть мужу в глаза.
— Что, передумала? — нахмурился Ролан.
— Нет.
Он крепко прижал ее к себе и страстно поцеловал. Затем со стоном сорвал с нее халат и отбросил в сторону. Перегнувшись через туалетный столик, он приник губами к ее груди. Его руки ласкали ее обнаженные мраморные бедра. Он неистово терзал ее грудь, доводя Анжелику до исступления… Она вонзилась ногтями в его спину, не делая попытки при этом выскользнуть из его объятий… Вдруг выпрямившись, Ролан посмотрел ей в лицо и обнаружил, что в ее взоре что-то изменилось. Вспоминая вечер, обожающие взгляды тех, кто слушал ее, он ощутил приступ легкого беспокойства. В первый раз он задался вопросом, не сможет ли этот талант однажды лишить его любимой жены?
Эта мысль была столь же невыносимой и столь же болезненной, как и сопротивление, которое он сейчас почувствовал в ее теле. Ролан знал, что этот барьер должен быть разрушен: он не может допустить, чтобы им что-то мешало. Со всей решительностью он подхватил ее, уложил на постель и быстро скинул халат. Глаза его горели жарким огнем. Он поцеловал ее волосы, а затем его губы начали томное путешествие по самым сокровенным уголкам ее божественного тела. Анжелика отпрянула, ощутив язык мужа у себя на животе. Но он еще сильнее прижал ее, крепко обняв за бедра.
— Не борись со мной, — хрипло прошептал Ролан. — Я сделаю так, что ты навсегда запомнишь эту ночь.
Губы Ролана между тем уже исследовали самую интимную часть ее тела. По телу пробежала волна удовольствия, и она застонала. В беспамятстве Анжелика пыталась разорвать в клочья простыню. Он терзал и возбуждал ее до тех пор, пока она, не в силах вынести эту сладкую муку, не забилась в волнах штормового и болезненного экстаза. Их соитие было настолько неистовым, что она едва могла его выносить, но он крепко держал ее и нашептывал:
— Расслабься, дорогая… просто покорись, тебе будет так хорошо, вот увидишь.
Она смирилась, заплакала и, обхватив мужа руками, тесно прижалась к нему…
А он все шептал ей на ухо слова любви.
— Мой ангел… моя любовь… Каждый из присутствующих мужчин на приеме хотел бы сделать с тобой то же, что я делаю с тобой сейчас.
— Да, но только ты можешь, — томно прошептала в ответ она.
— Скажи это еще раз, — попросил Ролан. — Скажи это еще раз.
— Завтра я отвезу тебя домой, — сказал он значительно позже.
— Так скоро? — Анжелика посмотрела мужу в глаза.
— А ты разве не хочешь поехать со мной домой? — Он нежно убрал прядь волос с ее глаз.
— Конечно, но я думала, что еще раз увижусь с мадам, — она была тронута его нежной заботой.
— Тогда придем к компромиссу. Посмотрим, сможем ли мы пригласить ее на ланч завтра, а после обеда отправимся домой.
— Это очень мило с твоей стороны, Ролан.
— Рад сделать все, чтобы ты была счастлива, мой ангел.
— Тебе это удается… — улыбаясь мужу, Анжелика должна была признаться сама себе, что никогда не чувствовала себя более счастливой, чем в этот момент. Думая о завтрашнем дне, она добавила: — Интересно…