— Однако кристалл всё ещё у Рафаэля, а Этьенн обладает силами наследника Авеля. Даже если они смогут незаметно пробраться в главный зал, им не справиться с ними двумя.
— Они будут не одни, у них будем мы.
Октавия натянуто улыбнулась и взяла возлюбленного за руки. Она очень надеялась, что Ноэль не покажет никакого сомнения. Однако ангел выглядел напряженно и задумчиво и не спешил давать четкого ответа.
— К тому же, твоя мать тоже на нашей стороне. И где-то в крепости должны быть заперты прочие сильные сифты. — аккуратно начала напирать дьяволица.
— Это всё равно слишком опасно. Если что-то пойдет не так, у них в руках окажется не только Ева, которой еле удалось сбежать, но ещё и правитель ада, без которого в аду начнется переполох.
— Либо мы рискнем, либо смертному миру придет конец. — Октавия разыграла последнюю карту.
Она смотрела на Ноэля напряженно и требовательно, хоть и не хотела насильно заставлять ангела принять это решение.
— Если они готовы пойти на риск… — качая головой, скептично произнес Ной. — Что требуется от меня?
— Нужно, чтобы ты снял защиту со столицы и цитадели.
После этих слов ангел нахмурился сильнее. Он помедлил, опустил руки Октавии и проследовал к кровати, чтобы сесть на её край. Его пальцы потянулись к губам, замирая в жесте глубокой задумчивости. У дьяволицы же в этот момент внутри зародилось чувство страха. Она надеялась, что Ноэль согласится помогать, почти не раздумывая. Теперь же в комнате повисла напряженная тишина.
— Почему ты сомневаешься? — не выдержала девушка.
Она старалась быть спокойной и серьезной, старалась относиться к этому делу как дьявол, отправленный на задание, нежели как возлюбленная Ноэля. Однако её голос всё равно дрогнул, будто бы она ставила это ему в упрек.
— Это сложное решение, Тави. — абсолютно собранно отвечал ангел. — Я абсолютно согласен, что мои отец и брат поступают отвратительно, и с этим нужно что-то сделать. Я согласен помогать всеми силами, но вот так просто снять все барьеры… я не могу.
— Почему?!
Видя, что Октавия заводится и злится, явно не понимая его мотивов, Ноэль снова поднялся, подошел к ней и уложил ладони на щеки девушки. Он приподнял её личико, заставляя взглянуть ему в глаза. Сам он смотрел на дьяволицу спокойно и надеялся, что она тоже сможет собраться и посмотреть на ситуацию как дьявол, а не как его возлюбленная, что ждёт сиюминутной помощи.
— Пойми меня, пожалуйста, если я оставлю рай без защиты, а на нас нападет армия дьяволов, я поставлю под удар не моего отца, не моего брата и даже не себя. Не все ангелы поддерживают Этьенна. Большинство из них просто не знает, что происходит, а солдаты вынуждены подчиняться воле правителя и совета. Я очень хочу решить этот конфликт, но никак не готов рисковать тысячами жизней обычных ангелов.
— Речи о нападении армии даже не шло!
— Неужели ад не готовит сейчас войска на случай приказа?
Октавия смутилась, отводя взгляд.
— Вот видишь. — Ноэль никак не злился, лишь тепло улыбнулся ей. — Я член семьи Авен. Я должен защищать свой народ. Я люблю тебя и безмерно уважаю твоего брата, однако также я понимаю, что в армии ада есть много импульсивных командующих, которые воспринимают ангелов исключительно как врагов. Для них напасть на рай, узнав, что защита снята — это великолепная возможность. И если Райнхард с Евой будут разбираться с проблемой изнутри, я боюсь, что остальные силы ада могут пойти на радикальные меры и без разрешения недавно коронованного правителя. Поэтому я очень хочу, чтобы мы оба позаботились о наших подопечных и постарались избежать любого столкновения. В этом мои барьеры как раз должны помочь нам.
— Но что ты тогда предлагаешь? — с печалью в голосе спросила Октавия.
— Я сниму защиту, но лишь на мгновение, чтобы впустить сюда незаметно Райнхарда и Еву. Сразу после я снова должен буду восстановить её. К сожалению, это займет у меня невероятно много сил и концентрации, поэтому я не смогу помочь вам дальше. Однако это нужно сделать, чтобы избежать импульсивных поступков со стороны наших войск. Ни раю, ни аду не нужна кровопролитная война. Если мы позволим этому случиться, то снова запустим круг ненависти. А в нашем мире только недавно появился хоть какой-то луч надежды на разрушение этого бесконечного цикла мести.
Всё также тепло улыбаясь, Ноэль притянул лицо дьяволицы ближе к себе и украдкой коснулся своими губами её теплых губ.
— Во многом потому… — продолжил он уже шепотом, — … что в этом мире есть мы с тобой.