В этот вечер Райнхард уже был в своих апартаментах. Пусть его давно и выпустили из тюрьмы, но у двери дьявола всегда дежурила охрана. Ему приходилось докладывать обо всех своих визитах и прочих планах. Такая своеобразная очень богато обставленная клетка. И запертому в ней хищнику отец даже поставлял новый «корм». Уже с несколько недель почти каждый вечер его посещала дьяволица знатных кровей по имени Лореляй. Она была дочерью одного из приближенных военноначальников Сатаны. Все, в том числе эти двое, прекрасно понимали, какая цель у этих визитов. И пусть Эрхард не говорил сыну прямо: «ты уже ошибся один раз, поэтому я выбрал тебе будущую жену под стать положению», но нечто подобное витало в воздухе.
Лореляй была красивой девушкой с фиолетовым оттенком кожи. Её иссиня-чёрные волосы вились от природы, а глаза не имели зрачков, и были полностью наполнены тёмной пеленой. Это была весьма необычная особенность, однако в её дьявольский образ она входила очень гармонично. Дьяволица была не из глупых, можно сказать, даже обладала острым умом, чем заработала уважение у Райнхарда. После визита на землю он, в принципе, стал относиться к женщинам менее предвзято. В свою очередь Лореляй также глубоко уважала наследника и не смела лезть к нему с какими-либо кокетливыми непристойностями, и в каждый из визитов вела себя статно, деловито и сдержанно. Вот и этот вечер они проводили за очередной партией в шахматы.
— Позволь задать вопрос… — негромко произнесла дьяволица, переставляя очередную фигуру.
— Конечно.
— Долго мы будем ещё играть в шахматы? — она подняла взгляд своих абсолютно чёрных глаз на мужчину. — Не подумай, я ни на что не намекаю, но мои родители изо дня в день спрашивают, как мы проводим время. Так что мне просто нужно знать, что им сказать…
В её голосе не звучало ни упрека, ни наглости. Она говорила деловито и спокойно, будто они обсуждали важное партнерство, а не попытку сводничества. Райнхард вздохнул, не отрывая взгляда от доски. Он знал, что до этого дойдет. Но уж что ему точно не хотелось делать, так это использовать Лореляй для подтверждения своего «хорошего поведения». Мол, смотри, отец, я каждый день занимаюсь с ней сексом и совсем не думаю о смертной, ты ведь этого хотел? Да?
Пошлость.
Ещё бы заставил его приносить мяч в зубах.
— Господин Райнхард, к Вам посетитель. — строгим голосом произнес один из стражников, приоткрывая дверь.
Дьявол буквально ожил, радуясь лишь внутри, что этот разговор можно будет отсрочить и обдумать. Он знал, что Лореляй не требует ответов. Их требует ситуация. И ситуация была патовой.
— Кто?
Но счастье дьявола длилось совсем недолго, ведь к его самому неприятнейшему удивлению, стражник отрапортовал:
— Наследник Авеля, Рафаэль Авен.
— Ого. — не удержавшись, тихо шепнула Лореляй, как-то даже усмехаясь. — Видимо, сегодня тебе будет точно не до меня. По крайней мере, приход такого гостя — отличное оправдание для моих родителей.
Вот уж кого, а Рафаэля Райнхард хотел видеть в самую последнюю очередь. Но других вариантов узнать хоть какие-то новости из «внешнего» мира у него особо не было. Октавия всё это время не выходила на связь, да это и понятно, в её положении делать нечто подобное — опасно. А Сатана, конечно же, оградил сына от любых известий о наследнице Сифа.
— Пусть войдет. — со скрежетом на сердце скомандовал Райнхард.
Страж исчез, а после дверь широко распахнулась, и в комнату с важным видом шагнул белокрылый. На лице его была уверенная улыбка, руки он держал в замке за спиной, и даже слегка склонился в приветственном жесте, когда оказался внутри. Прям и правда дипломат противоположной стороны, что пришел с исключительно политическим и добрым визитом.
— Доброго вечера. — хитрый взгляд голубых глаз перешел к дьяволице, сидящей за шахматным столиком. — Я не помешал?
— Нет, что Вы. — Лореляй отвечала спокойно, без какой-либо попытки угодить вошедшему наследнику. — Я уже ухожу.
Она посмотрела своими абсолютно чёрными глазами на дьявола и легко улыбнулась ему.
— До завтра.
— До завтра. — тут же прозвучал сухой ответ, будто мужчина просто автоматически повторил фразу.
Дьяволица шепнула под нос заклинание и исчезла в синеватых парах, даже не поднимаясь с кресла. Как только свидетелей не осталось, а дверь сзади была заперта, Рафаэль явно почувствовал себя заметно раскрепощеннее. Он стер со своего лица любую пародию на неоспоримое уважение, и, стремительно подойдя к креслу, на котором ранее сидела Лореляй, развязно и уверенно распластался в нем, забывая о любых правилах этики.