Глава 21. Та, что завещала тебе изменить мир
— Ну, надеюсь, при ваших магических перемещениях макияж не испортится. — Мари выдохнула так, словно последний час дышать ей было запрещено. — Как чувствуешь себя, дорогая?
Мерриман смотрела на себя в зеркало и хотела провалиться сквозь него в какой-нибудь другой, более счастливый мир. Где она не пережила смерть. Где её не предал любимый. Где не нужно было выходить замуж, просто потому что при рождении ты была законом трёх миров приписана определенному мужчине.
— Ужасно. — честно шепнула наследница, не отводя взгляда от своего отражения.
И хоть выглядела она сейчас прекрасно, а жить от этого больше всё равно не хотелось. Чем ближе подкрадывался час свадьбы, тем её сердце начинало биться всё медленнее. В груди щемило, и было непонятно, физическая это боль или моральная. Всё смешалось в единую массу и не давало свободно дышать. Будто её собирались вести не под венец, а на плаху.
— Слушай, а может ну всё это к чёрту? — заговорщески зашептала Мари, видя, в каком состоянии прибывает её родной человечек. — Откажись от всего, и пусть катятся со своей свадьбой куда подальше.
Она ткнула длинной кистью для глаз в кристалл.
— Отдай эту магическую побрякушку своей нерадивой матери, и пусть сама пляшет с ней как хочет. Хоть нового наследника рожает, тебе-то что? Ты на всё это не подписывалась, чтобы теперь из каждого утюга слушать: «выходи замуж, а то мы не избежим войны».
Мари произнесла последнее столь театрально-забавным тоном, что Ева не удержалась и всё-таки совсем едва, но улыбнулась. Она подняла на подругу взгляд, а затем крепко-крепко обняла её, утыкаясь лбом в живот стоящей рядом девушки и пытаясь не разрыдаться. Мари же положила ладошку поверх идеально уложенных волос подруги и принялась её слегка поглаживать.
— Средний век какой-то. — недовольно пробурчала смертная, даже не представляя, как ещё может помочь.
— Ева, нам пора. — в дверном проеме показалась Дженнифер.
На ней было светло-голубое платье в пол, будто сифта готова была хоть сейчас слиться с облаками небесного царства. Вообще всё вокруг сегодня было таким светлым и лучезарным, даже солнце грело сильнее обычного, но это не приносило и толики спокойствия. Еве хотелось взять и залить всё чёрной краской. Раскрыть свою грудину, чтобы накопившаяся в душе чернота хлынула на это пышное белоснежное платье, и испортило его, испачкало, разъело. Возможно, если никто в этот момент не обратит внимания, что у наследницы кровоточит чернотой душа, так хоть скажут спокойно: «платье невесты испорчено, принесите новое». И тогда церемония отложится на пару минут…
— Ева? — Джен положила теплую ладонь на плечо дочери.
— Да. — безжизненно шепнула та и встала.
Нужно быть сильной. Нужно быть смелой. Нужно принести себя в жертву брака, чтобы все три мира продолжили жить в спокойствие. «Нужно, нужно, нужно». И никто не спрашивал, чего хочет сама наследница. Впрочем, а чего она хотела? Ева задумалась об этом, пока Дженнифер поправляла её локоны, пререкаясь о чем-то с Мари. Наверное, Мерриман бы хотелось вернуться в тот день, когда Натали протянула коробочку с кристаллом, даже не понимая тогда, что именно преподносит дочери. Возможно, если бы она не приняла Слезу Авеля, а отказалась сразу, ещё не узнав, что это за сила, и не подозревая о существовании прочих миров, сейчас всё было бы лучше и проще. Они бы пошли завтра с Мари в школу, как ни в чем не бывало. Еву заботили бы лишь экзамены и поступление в колледж. Она бы продолжала писать наивные, милые стихи в свой блокнот и, возможно, даже её бабушка была бы жива. Ведь если бы Ребекка не заметила резких улучшений в её здоровье, которые были вызваны магией, то не решилась бы подсыпать ей яд. Но вдруг Ева подумала, что в этом случае никогда не узнала бы Райнхарда, и на секунду ей стало невероятно тяжело от этой мысли. Пусть он и оказался предателем, и всё же многие моменты с ним были самыми счастливыми в её жизни.
Но сейчас всё это было неважно…
И почему вчерашний вечер должен был закончиться?
И зачем это утро наступило, принося за собой день свадьбы…
— Выдвигаемся? — Дженнифер заставила очнуться от сна раздумий.
Да. Пора. Можно сколько угодно изнывать внутри или даже снаружи о том, насколько несправедливой оказалась судьба, но лучше не станет. Ева понимала это. Она смирилась с тем фактом, что ей придется пойти сегодня под венец просто для того, чтобы дорогие ей люди спокойно жили. Чтобы Натали, которая думает, что дочь вместе с классом на экскурсии в другом городе, никогда бы не узнала о жестокости магических миров. Чтобы Мари могла продолжать недовольно брюзжать, забавно надувая губы, когда ей что-то не нравится. Чтобы миллионы смертных людей никогда не познали, что такое война бессмертных, в центре которой они могут оказаться. Ведь она наследница Сифа. Именно она их защитница. Никто другой не способен укрыть от такого ужаса целый земной мир. Только она.