Церемония проходила в главном зале цитадели. Обычно на возвышении, где сейчас стояла венчальная арка, располагался трон, а подле ступеней совет белокрылых собирался за длинным столом для обсуждений политических дел. Сейчас же все они сидели по две стороны от дорожки, усыпанной лепестками роз, по которой медленно ступала Ева. Даже гости сегодня казались какими-то слишком белоснежными и чистыми. Возможно, так было из-за отсутствия здесь темных рогатых собратьев. В большинстве своём зал занимали ангелы, но около десяти сифтов также смотрели сейчас на шагающую к алтарю невесту. Подле Рафаэля в качестве его шафера стоял задумчивый Ноэль, а саму Еву ждала возле арки Дженнифер. Венчать супругов должен был никто иной как Этьенн.
Со всех сторон играла живая музыка, пахло цветами, а нога всё ещё словно ступала по облакам. Ева едва улыбнулась при мысли, что именно о такой свадьбе мечтают многие девушки. Она подняла взгляд на Рафаэля, широко и лучезарно улыбающегося ей, и также заключила, что бонусом к такой свадьбе идет и мужчина мечты. И лишь ей всё это было не нужно. Ей — нет, но всем трём мирам — да. И посему надо было просто принять сегодняшний день.
Она здесь, в главном зале рая, выходит замуж за ангела.
Он там, в главном зале ада, принимает корону, которая стала для него важнее любви.
Всё на своих местах. И лишь отголосок сожаления всё ещё теплится в груди, никак не желая иссякнуть.
Ева думала, что это будет сложно, что с каждым шагом ей будет становиться всё труднее. Но после истории о Катарине наследнице стало легче. Дьяволица практически отдала свою жизнь просто ради появления на свет ребенка, который, как ей казалось, имеет шанс изменить мир. Ева же отдает лишь своё право на любовь, будучи уверенной, что у неё и правда может получиться что-то поменять. Великие люди приносят себя в жертву ради светлого будущего. Это ли не повод быть гордой собой и своей смелостью? Ступеней оказалось слишком мало, чтобы успеть ответить на этот вопрос. Ева вошла на возвышение и встала под арку, подле Рафаэля, поднимая голову. Шагнув к ней ближе, ангел с заботой поднял фату, дабы взглянуть в лицо своей невесте. Она улыбалась. На лице Мерриман была уверенная полуулыбка, а на голове её отчетливо было видно небольшие дьявольские рога, которые ранее также прикрывала фата. Наследница улыбнулась чуть шире, когда заметила, как отвел от них взгляд непробиваемый Этьенн, и как замешкался на секунду её жених. Однако она — дитя сифта и дьявола. И никто из белокрылых не должен об этом забывать.
— Мы собрались здесь сегодня, чтобы соединить этих существ узами священного брака. — несмотря ни на что, начал громогласно правитель рая, когда его сын сделал шаг обратно. — Дети мои…
Ева еле сдержалась, чтобы снова не заулыбаться на этом обращении. Однако она лишь едва прищурилась, смотря точно в лицо Рафаэлю, пока Этьенн продолжал:
— Сегодня — самый счастливый день в вашей жизни, и невероятно важный день для всех трёх миров. С этого часа вы пойдете рука об руку, разделяя все радости и печали, формируя союз, что будет признан священным в раю, на земле и в аду. Создавая семью, вы добровольно примети на себя великий долг друг перед другом и перед будущим ваших детей, что станут предвестниками новых времен. Возлагая на ваши плечи сей груз и благо, я должен узнать, является ли ваше решение вступить в брак искренним, взаимным и свободным.
Свободным? Ева снова едва сдержала улыбку, и лишь Рафаэль уловил её странный ироничный блеск в глазах. Они говорят о свободе…. как же это смешно.
— Прошу ответить невесту. — требовательный взгляд Этьенна пал на фигуру Евы. — Согласна ли ты, Ева Блэр, истинная наследница Сифа, вступить в этот священный союз?
Воцарилась тишина. Ева со спокойным, ровным лицом смотрела на Рафаэля, который с каждой секундой тишины становился всё напряженнее. Гости в зале начали переглядываться и даже перешептываться.
— Согласна ли? — повторил Этьенн грозным, нетерпеливым тоном.
— Вы назвали неправильно мою фамилию. — отозвалась Ева, не поднимая глаз на правителя рая.
На периферии зрения Ева заметила, как едва улыбнулся Ноэль, глядя на раздраженного отца, что вынужден был подавить гнев. Хоть наследница уже и говорила главному ангелу, что приемная семья для неё важнее фамилии матери, тот собирался всё равно сделать по-своему. Что ж… видимо, ему нужно изменить свои планы. Поскольку кроме дьявольской крови Ева также приняла, что семья её — это простые смертные.
— Согласна ли ты, Ева Мерриман, вступить в этот священный союз? — нехотя, но всё же повторил Этьенн.