— Это тоже… мои.
Яромир пожал плечами:
— Тогда вариантов у тебя нет. Двое переходят ко мне и можно двигаться.
— Двое?! — горло перехватило на вдох.
Тэра удивился:
— А ты полагал меньше?
Михаил сглотнул. Какой тут к чёрту прорыв к погибшему! Живых бы с такими расценками вывести!
— Тур, — сбоку вынырнул пожилой боец. — Нави сбиваются. Стервы готовятся к броску.
Яромир кивнул. Сквозь чёрно-белую мешанину нашёл взглядом кого-то из своих в круге, махнул рукой, подавая им известную команду. Группа пришла в движение, приготавливаясь к уходу. Медведев с интересом посмотрел, как вооружённый мало ли не на революцию отряд, быстро перестраивается, тактично, но неумолимо оттесняя его людей в центр. Лишь двух человек не затронуло движение. Низкорослый тонкокостный подросток с гривой длинных сивых волос, лохмато спадавших на лопатки, сидел, обняв колени, и не двигался. Возле него монолитом готовности застыл немолодой тэра — по виду, опытный и опасный боец.
— Да. Я полагал меньше. За указание дороги грешно просить две жизни, — глухо отозвался Медведев. Полынцев по правую руку бесшабашно усмехнулся чужакам. Зубров, вставший у левого плеча, согласно кивнул.
— Не за указание, — поморщился тур и оттёр рукавом налипший на лицо снег. — За вывод из чужой реальности. А в условиях приграничного конфликта это много… Смущает, что мы сюда шли, как на параде? — Он хмыкнул, когда капитан кивнул в ответ. — Так сюда нам коридор трое магов обеспечили! А вот отсюда — своими силами.
Михаил тоскливо обернулся и вновь нашёл взглядом подростка. К тому уже подошли двое тэра. Сивый неторопливо поднялся и протянул руки. Один из бойцов тут же подставил слепому мальчишке плечо. Другой вложил в тонкую цепкую ладонь фляжку. Мальчик прижал горлышко к губам и начал жадно пить. Из края рта покатилась чёрной бусиной капля, заблестела в темноте влажная полоска на коже. Кровь.
Медведев стиснул зубы.
— Я отдам одного, — сказал капитан, обернувшись на Ведущего «щитов». И так сказал, чтобы понятно стало, что иного от него можно не ждать.
— Надеюсь, подготовленного, — проворчал Яромир и покосился на Зуброва.
— Вот он, — указал Михаил на сидящего Маугли.
— Недоделок? — Яромир поднял брови. — Смеёшься?
— Мне больше нечего дать.
Хочешь — верь, хочешь — не верь. Торговаться он не умел, врать — тоже.
Ведущий внимательно посмотрел на него. Потом, наклонившись ближе, чтобы не растерялись слова на ветру, медленно проговорил:
— Один недоделок и… твоя кровь. Меня такая цена устроит.
Вот когда напряжение достигло апогея! И вроде — нет прямой угрозы, но так произнёс предложение ведущий тэра, что сразу брюхо свело в холодный монолит. И не понятно с чего, но словно почувствовал такую опасность, что был бы зверем — вздыбил бы загривок. А так… Побледнел разве только. Да в таком месиве снега разве это заметишь. И хорошо, что не видно. Что только сам можешь ощущать, как отливает от щёк и как смерзается в гримасу выбора кожа на лице. Зубров придвинулся вплотную и зло зашипел на ухо:
— Не смей! Даже не думай! Не думай!
— Согласен!
Ответ получился резким, больше похожим на рявканье приказа. И потому услышали все.
Яромир задумчиво посмотрел на напряжённого Топтыгина, на беззвучно матюгнувшегося его помощника, на поднявшего взгляд зажавшегося Маугли, кивнул и отодвинулся к своим. Сделка состоялась.
То, что случилось после, Медведев предугадать не мог. И остановить — тоже. Крутнулось пространство пред глазами смазанной панорамой — всегда спокойный и флегматичный Юра-сан развернул его за плечо и, подцепив за разгрузку, шибанул спиной об камень. Только сгруппировался и выдохнул выдавливаемый ударом воздух, как друг подлетел, схватил за грудки и зашипел в лицо:
— Ты сдурел?! Ты хоть соображаешь, подо что подписался?! Кретин на мою голову!.. Ты понимаешь, чего нам это стоит?! Что в это вложено?!.. Долбоящер!
Зарычав, Михаил вцепился в локти друга и, срывая их, с душой двинул коленом вперёд. Нна! Без дураков, серьёзным боевым движением. Зубров, быстро подобравшись, убрал тело из-под удара. Лицо его стало серым. Он отпустил захват, чтобы набрать дистанцию. Не успел. Медведев сцапал его за ворот и разгрузку и, уходя корпусом, со всей дури метнул в камень. Зло оскалился и вдогон добавил — локтем и снова коленом! Лови! Впитывай! Зубров выставленным предплечьем влетел в камень, — голова цела и ладно! — но удары не обкатал. Выдохнул, сгибаясь. Повернулся, пытаясь наладить защиту. Но Михаил торопился: ещё чего не хватало — рисковать! Зная его возможности! Проломал оборону, взял в обхват и швырнул от себя на землю… Нна! Только взглядом проследил — не затылком ли в камни? Юрий тренированно упал на предплечья и перекатился подальше от противника. Но Михаил преследовать не стал.