Большинство тэра и «таёжники» спали. Вповалку — где кому удалось втиснуться среди камней. Даже Зубров нашёл себе место подле монолита и прилёг. Рядом с ним сидел Святослав, ни дать ни взять — на страже. Последил взглядом за пробудившимся Пресветлым и подал свою фляжку. Такие — тонкие, изогнутые, — были у каждого воина, пришедшего с Яромиром.
Михаил хлебнул и тут же отринул от фляжки:
— Брр! — по вкусу напиток напомнил почти до уксуса скисшее плодовое вино со специями, но оставил странное солоноватое послевкусие. — Крепка, зарррраза! Аж до слёз пробрало! Что это?
— Яблочная брага. — Забрал фляжку Святослав. — С кровью Талика и приправами.
Михаил сглотнул и, натянуто улыбнувшись, показал большой палец вверх:
— Бодрит! Как кофе!
Кивком поблагодарил и двинулся к Ведущему тэра. По пути выискал взглядом Полынцева. Тот не спал, записывая что-то в блокноте: взгляд задумчивый, рука напряжённая, в зубах подсевший уже фонарик. Рядом с инквизитором сидя дремал Катько. По другую сторону от него спал Всеволод. Закутавшийся с головой в окровавленную и подранную серую куртку, он сжался калачиком, сберегая тепло. И что-то подсказывало Медведеву, что Маугли под негласной защитой немногословного Кирпича.
— Всем подружкам по кружке, — проворчал он едва слышно.
Действительно, Юр-сан и Святослав, Катько и Маугли, Яромир и он сам. Но вот что интересно — каких-то дружеских обязательств, явных симпатий или сентиментальных настроений меж ними не было. И что так сводило людей, оставалось неясно.
Ведущий «щитов» Одина-тэ дождался, когда он расположится рядом, приладил фонарь в расщелину, раскинул карту на камне и ткнул пальцем:
— Мы здесь. Вот тут, тут и тут — ворота домой. Через эти, видимо, прошли вы, через те — мы. А вот эти ворота уже давно не используются — там было лет триста назад столкновение между нами и стервами, с тех пор земля ещё не остыла, пройти нельзя. А вот тут предположительно ближайшее гнездо.
— Километров сто тридцать, — прикинул на глаз таёжник.
А в голове закрутилось мозаикой: «„Столкновение“, „земля не остыла“ да „который умеет воевать“, „чудовищно и… страшно“. Вот тебе и „сын той же матери“! Что здесь происходило? Взрыв кобальтовой? Теоретически после взрыва земля может нагреваться от высокой концентрации радиоактивных изотопов, но при такой концентрации, ходить там — копыта откинешь сразу. Но нагретая земля не бывает через века после взрыва… Что ж за технологии у тэра, если земля ещё остывает?!»
Стало жутковато от понимания того, что их вход на территорию стерв может закончиться также. И останется только молиться, чтобы не земля людей остывала веками.
— Солдаты стерв идут медленно. В этом нам на руку погодные условия и местность. Карабкаться по горам они не приспособлены, а летать в такой ветер опасно. Но через час-полтора, по моим прикидкам, они будут здесь.
— И чего мы тогда прохлаждаемся? Надо когти рвать, пока они далеко…
— Мы обложены, — просто объяснил Яромир. — Но, думаю, есть шанс, что как раз с солдатами, а точнее с их офицерами и знатью, договориться. Моголы, Скопы и Сирины такими правами в гнезде не обладают. А в боевой экспедиции правомочные есть, и даже могут оказаться подруги королевы. Тогда всё решится ещё быстрее.
— Ясно. Чего ты хочешь от меня?
— Да нет, ты не понял — покачал головой Яромир, — это ты чего хочешь от меня? Какой линии будем придерживаться в переговорах?
— Яромир, — Медведев задумчиво потёр щетину, — я ведь, по сути, ни черта во всём этом не смыслю. Да и тут впервой, с аборигенами не знаком, в местных обычаях не разбираюсь… Если ты мне на пальцах объяснишь, что-почём, то постараюсь показать себя хорошим учеником и что-нибудь сообразить.
Ведущий Одина-тэ на шутливый тон и сдержанную улыбку не поддался, оставшись всё таким же сосредоточенно хмурым.
— Объясню. Переход границы. Перестрелка с конфликт-отрядом. Убийство Сирина. Если мы не найдём, как это истолковать или чем заплатить, то — либо нас крошат, либо Одина-тэ присылает «мечи». Нас отсюда они, наверняка, выцарапают… Только хорошо от этого никому уже не будет.
— Рядовым конфликтом не закончится? — уточнил таёжник.
— Если придут «мечи», то уже нет, — покачал головой Яромир. — В прошлый раз мы отражали прорыв стерв на землю и, пожалуй, несколько увлеклись… Теперь у Королев есть и злость, и подогретое чувство мести, и повод для ответного визита. А Храм после последней междоусобной войны обескровлен — ответить будет, по сути, нечем. Наши возможности сейчас ограничены, поэтому будут втянуты и люди…