— Хвост мешает прижаться к земле! Отрастила, ептыть! — злорадно ругнулся Михаил, выпрямляясь во весь рост.
Дракон раздражённо заклекотал, уходя выше. С подобранных лап полетела кровь. Словно посреди снегопада пошёл крупный дождь.
Из кучи тел донеслась сдавленная ругань, — распихивая магуров, выбирался Зубров.
— Юр?!
— Плечо! Фигня! По касательной ударила… — отозвался он, — Сам?
— Норма!
— Вот и ладушки, — сплюнул Юрий и метнулся в сторону.
— Куда? — зарычал Михаил, дёрнувшись за ним. — Ложись!
Вовремя. Зубров прыгнул через кучку стерв и рухнул между изломанными крыльями. Дракон закогтил одну из гарпий и взмыл. Уже поднимаясь, сбросил стерву сверху, метнув её в залёгшего тэра. Видимо, поменял тактику, осознав, что выцарапать человека с лежбища будет непросто. Юра-сан тут же рванул в сторону.
Ещё одна подхваченная лапищами спящая скопа вяло кувыркнулась в воздухе, ухая вниз. С глухим шлепком врезалась в кучу тел и замерла, изломанно растёкшись по так и не проснувшимся подругам. А Юрий снова успел нырнуть в сторону.
Медведев бешено огляделся. Оружия — ноль. С голыми руками — это, конечно, можно, но по результативности — всё равно, что вертолёт ловить сачком. Сейчас ситуация патовая, но долго это продолжаться не будет. А без оружия да против такой массы — конец легко прогнозируемый.
Рядом заворчал во сне пернатый «рысак» Гамаюн — видимо, чары Королевы действовали на него хуже, чем на стерв. Грифон неуверенно перебрал по земле тяжёлыми лапами — каждая со сковородку, с которой и большую семью можно глазуньей накормить.
«Скимены», — внутренне заорал Михаил.
Получилось — что-то отозвалось внутри тихим далёким звоном. Стратим услышала его.
Сзади знакомо заклёкало, засвистело и Михаил обернулся. Серые грифоголовые, пружиня лапами по волнам вяло трепыхающихся тел, бежали к людям. Огромные крылья поджаты и приподняты, готовые в любой момент распахнуться и сделать рывок.
— Вот теперь покуражимся! — Оскалился Михаил и рванул к ближайшей мёртвой воительнице-магуре. С усилием развернул тяжёлое крыло и вцепился в кости длинных пальцев. Напрягся до шума в ушах. До кругов перед глазами. На хриплый выдох с треском лопнула кожистая перепонка. Щёлкнули, ломаясь, суставы, обнажались окровавленные головки костей. Скрестил клинки-когти и рубанул одним по основанию другого. Срезал. Перехватил освободившееся лезвие, оттёр от липкой жижи крови. Взялся срубить ещё одно.
Дракон, заметив сбоку движение, с разворота кинулся на подлетающих скименов.
Сердце ухнуло — сграбастает!
И Медведев кинулся наперерез — хоть под хвост вонзить перо — всё дело! Не пришлось — скимены распахнули крылья и скользнули из-под атаки в стороны. Словно два зайца. Ящер вытянулся схватить задержавшегося Пушка, да маневренности не хватило — лёгкий и гибкий грифон ушёл крутым пике под кожистым брюхом. Сложил крылья, подлетая к человеку. Заквохтал, с разбега боднув Михаила в грудь.
Забираясь по крылу на спину, Медведев обернулся. К Юрию подскочил его скимен и тот, с рывка влетев в седло, понукал своего грифоголового. Скимен тяжело поднимался в небо. Сквозь снег, похожий на пепел — серый, спокойный, рваный — на мгновение Михаил поймал взгляд друга. Глаза Юрия оказались пусты. Тусклы, словно у наркомана или мертвеца.
— Давай, Пушок! — Михаил тронул пятками бока скимена. Занятые оружием руки прижал к телу. Крылья развернулись до предела, уйдя в небо дрожащими перьями, в тугую пружину сжав ветер у висков седока. Взмах! От напряга мощная шея зверя забугрилась, вздыбилась холка. И стремительно удалилась земля.
Михаил, в крутом манёвре стремясь удержаться на спине Пушка, запоздало сообразил, что хотя возможностей для атаки явно прибавилось, но в общем ситуация стала не в их пользу. Раньше для дракона они все были недостижимы: люди на земле слишком низко — не припадёшь, а грифоны в небе — слишком быстры. А объединение сил привело одновременно и к возможности атаковать самим, и к вероятности поражения. Скимен стал неповоротливой мишенью, а люди фактически безоружны перед ящером. Лезвия в пол-локтя — не помеха для эдакой туши.
Ящер спикировал — скимен ушёл, сложив крылья, почти к земле.
Пока ящер также обломался с Юрием, Пушок снова набрал высоту.
И опять повторилось то же. И снова пришлось набирать высоту.