Бросок был опасным. Она рисковала скорее убить себя, чем "разуть" танк, разбив осколками гранаты сочленения его гусениц с правой стороны. Трехметровый столб горячей черной крошки разбитого покрытия трассы взметнулся вверх, не причинив никакого вреда танку, обдав и машину и женщину отвратительной вонью и мелкой пылью.
"Это конец", подумала она, чувствуя, что задыхается под плотной маской-капюшоном, прижимая к груди оставшуюся гранату.
"Дурацкие игрушки, в чем их толк, если они бесполезны!.. Глупо, но это лучше, что погибнуть просто так. Быть может, удастся подбить его?.."
Из надвигающегося "Тарантула" во все стороны брызнули искры, и Настя невольно сжалась, закрывая и так защищенное эластичной маской лицо руками. Справа донесся треск штурмовой винтовки. Всхлипнув, Настя бросила взгляд туда: на полусогнутых ногах, припав к оружию, оперативник опустошал магазин в броню "тарантула". Умная электроника шлема, которой было безразлично психическое и физическое состояния оперативника, тут же вывело Насте коротенькую сноску — "Кавелин С. Ю. 3 зв. 3гр. 2форм".
Танк замер, когда до беззащитного человека оставалась пара метров. Что-то сработало в мозгу стального монстра, и "Тарантул" повернул к своему обидчику. Искусственный интеллект пришел к выводу, что двигающийся вооруженный объект гораздо опасней.
Настя, прислушиваясь к стрекоту оружия и лязгу стали, напрягая последние силы отбросила с ноги проклятый обломок и откинулась на спину. Земля под ней мелко дрожала, и эта дрожь передалась и ей. Она не видела, как Стас из подоспевшего на выручку третьего взвода отвел подбитый танк в сторону от нее, к линии огня стрелков из своей группы, и смутно ощутила всколыхнувший горячий воздух разрыв, с которым "Тарантул" был подбит окончательно. Задыхаясь в тесной маске, она дрожала от страха. Насте хотелось сжаться в клубок, но боль в отшибленной ноге не давала ей это сделать.
— Андреева! — вновь грянул голос Керчина. В эфире тут же послышались голоса оперативников.
— Здорово сработали. Всем спасибо!..
— Ох ты, чуть ее не раскатал!..
— Разговоры!
— Ты как? — спросил ее по связи спокойный голос Стаса. Он тяжело и хрипло дышал.
Настя молчала, крепко зажмурившись и глотая слезы страха и боли.
— Третья грань! Вернуться к "волкодавам"! Источник помех определен, выдвигаемся немедленно! Выполнять!!
Пребывавший в относительной безопасности источник всех проблем располагался в нескольких километрах восточнее Фрактала, среди чернеющих в предрассветных сумерках елей. Он пребывал в окружении зловещей тишины, нарушаемой лишь тихим посвистом холодного ветерка, подхватывающего и несущего мелкую снежную крупу и далекими, едва слышными звуками идущего боя.
Боевой четырехколесный вездеход "Рысь" был такой же старой разработкой, как и огнеметные "Тарантулы", действующие сейчас на передовой. Он не обладал ни хорошей броней, ни огневой мощью. Большая скорость и высокая проходимость — главные достоинства этой одноместной машины, предназначенной для ведения разведки и подавления радаров врага. Антон уже убедился в этих отменных качествах "Рыси" еще во время Второй экспедиции.
Полковник, облаченный в темный комбинезон водителя-механика, полулежал в своем кресле управления, наблюдая за развитием событий. Перед ним располагались несколько терминалов, на которые поступала информация в виде емких сообщений и изображений с камер боевиков и танков с искусственным интеллектом вместо живых экипажей. Мощная аппаратура, которой был напичкан этот вездеход, исправно выполняла свою работу, медленно, но верно подбираясь все ближе и ближе к заветной цели. Антон испытывал пробуждение очень странного триумфа, ощущение близящейся победы. Он не был силен в технике, которая сейчас вела невидимую для него борьбу с противником, и поэтому слабо представлял себе общую картину. Но Антон понимал факты, умел делать правильные выводы и принимать верные решения — этого было достаточно, чтобы выполнять свою работу.
Операция продолжалась уже почти час. За это время удалось сделать многое. Только сейчас Антон понимал, что Моканди был прав.
"Уаджет" можно уничтожить и такими мизерными силами".
Все системы обороны и связи были парализованы, и город, раскинувшийся где-то там, впереди, был отрезан от остального мира. Полковник видел багровый зловещий отсвет от пожаров на мониторе, транслируемого в круглую кабину водителя с наружной камеры "Рыси". Хотя ход операции осуществлялся в точности по плану, он испытывал некоторое нервное напряжение.