Диир поднял глаза на присутствующих. Напротив него сидели капитан и старший техник — единственные, с кем ему придется общаться последующие часы. Диир не протестовал: общество этих двоих было куда важнее сейчас, чем любое другое.
— Сколько вам потребуется времени, чтобы закончить работу?
Старший техник, высокая женщина с бледным, изможденным лицом, тихо ответила:
— Шесть суток, господин маршал. Дайте нам шесть суток, и мы закончим "Махат".
По лицу бывшего маршала никак нельзя было сказать, что он думает по этому поводу.
Диир же испытал страх, услышав об этом. Он понял, что его грандиозный план на грани провала.
"Шестеро суток! Это много, слишком много. Сейчас у меня нет столько времени. Заканчивать все необходимое к запуску "Махат" придется в спешке. Нам очень сильно повезет, если мы успеем сделать хоть что-нибудь…"
— Хорошо, — кивнул Диир, и, повернувшись к смуглому японцу в черном камуфляже, поймал его заинтересованный взгляд.
— "Махат", господин маршал? Что обозначает это название?
— Величие, капитан. Запуск этой ракеты не станет конечной точкой в этом сражении, но станет переломным моментом в ходе развития событий, — маршал слабо улыбнулся. — Когда "Махат" достигнет своей цели, Ткань уже будет не остановить. Я могу взглянуть на нее? — Диир вновь повернулся к старшему технику.
— Да, конечно, господин маршал. В любое время.
— Спасибо, — Моканди вздохнул, покачав головой. — Не могу передать словами, как я ценю ваше старание и преданность. Можете идти.
"Мы где-то допустили ошибку? Как они узнали о нашем месторасположении?" думал маршал, глядя, как женщина выходит, чтобы вернуться к своей работе. Диир не мог отвлечься от мыслей о скорой расправе со стороны "Уаджет". Судя по всему, секретный корпус получил слабую поддержку от Конфедерации, но он мог справиться с Дииром и его людьми собственными силами.
Базы и объекты "Брахмана" все это время были прекрасно замаскированы и экранированы от любого сканирования и радаров. Засечь их дислокацию не могли даже спутники за все время существования организации, которое подходило к концу. Сказать, что сейчас положение "Брахмана" было плачевным — значит, не сказать ровным счетом ничего. Каким-то образом "Уаджет" выяснил месторасположения всех баз "Брахмана", и теперь они быстро брали реванш, перейдя в стремительное наступление. Этот факт был полной неожиданностью для маршала, который был уверен в собственной безопасности. То, что их раскрыли, моментально меняло многое, но — не все.
Моканди думал о том, что штурмуемые в эти часы базы на Шри-Ланке и Австралии уже обречены, хотя его люди и машины, обороняющие их, будут держаться до конца. Вопрос стоял не в том, чтобы сохранить свою жизнь, а в том, за какую цену ее отдать. К тому же, здесь было кое-что еще, важное, самое главное — время. Сейчас, когда конфликт перешел в "горячую" стадию, это было самым важным.
-..Господин маршал?
Моканди моргнул и поднял ясный и спокойный взгляд на капитана:
— Да?
— Прошу прощения, но вам не кажется, что ваш план несколько… неидеальный?
— Конечно, капитан, — Диир широко улыбнулся. — В нашем мире нет ничего идеального. Особенно в том виде, в каком он сейчас пребывает. У меня есть шанс исправить это, и я не хотел бы его упустить. Вы ведь знаете, что обозначает название нашей организации?
— Так точно, господин маршал, — сказал капитан. — Вы когда-то говорили об этом. В переводе с санскрита брахман обозначает абсолют.
— Так что вас смущает, капитан?
— Если все случится так, как вы рассчитали… Ткань победит не сразу, так ведь? Люди еще будут цепляться за старое, стремиться избежать воссоединения любой ценой. Будет хаос. Возможно, новая война.
— Да, это неизбежно. Очень многие погибнут до того, как Ткань завершит свою работу.
— То есть, вы не видите другого выхода?
— Нет. Это неизбежно, как я и говорю. У нас слишком мало сил для того, чтобы провернуть все это быстро и относительно безболезненно. Конфедерация сейчас новый и последний гегемон этого мира, и нам придется смириться с тем, что мы не можем поразить его сразу, одним единственным ударом. Вы ведь понимаете, что это невозможно.
— А как быть с нашими людьми на Шри-Ланке и в Австралии, господин маршал?
Тацуми Судзуки смотрел на него открыто, с почтением, но с твердым намерением получить ответ.