Порой отцу Сергию казалось, что настоящие мужчины существуют только в фантастических фильмах…
Из хосписа вышла молодая девушка — волонтер, увидев женщин, позвала:
— Матушка Серафима, дядя Миша умирает!..
Обе женщины поднялись со скамьи, поспешили за девушкой.
Не сговариваясь, отец Сергий и Бельский встали со своих мест, направились в хоспис…
До конца октября Максим и Марина встречались еще три раза в доме Максима, в той же комнате.
Недолгие свидания были посвящены любви и нежности…
За несколько дней до прибытия Лоуренса Джойса в Россию, по предложению Лиды Санников перегнал «Шкоду «— внедорожник в Ромашково-Элитное.
На этой машине Лида и поехала в аэропорт встречать родного отца Марины. Для встречи Ларри она надела черную юбку, серый джемпер, черные туфли и демисезонное пальто из буклированной ткани — серое, с черными шероховатостями…
Лида заранее попросила Марину передать Ларри, в чем будет его встречать, поэтому стояла в ожидании прибывших из Хельсинки пассажиров без транспорантика.
Как и в первую встречу, Ларри и Лида заметили друг друга издали. Джойс снова был в черном дорогом костюме, но не от Валентино, а от Армани. Через одну руку Ларри была перекинута демисезонная куртка — аляска, в другой он держал все тот же кейс.
Они шагнули навстречу друг другу.
— Здравствуйте, Льдиночка…
— Здравствуйте, Ларри…
Губы Лиды тронула тень легкой иронии.
Во взгляде Ларри стоял вопрос. Он нерешительно поставил кейс на пол, привлек женщину к себе, робко коснулся губами ее губ.
Лида не отстранилась, обняла Ларри за шею.
Джойс с облегчением улыбнулся:
— Как же я скучал по вас, Льдиночка…
— Я тоже вспоминала о вас, Ларри…
Они расцепили объятия, вышли из здания аэровокзала, подошли к машине.
— О, вы купили себе новое авто?
— Это тоже служебный транспорт…
Как и в прошлый раз, Ларри устроил кейс на заднем сидении, туда же убрал свою куртку и пальто Лиды.
Женщина тронула машину с места.
— Льдиночка, сегодня и завтра я буду общаться с дочерью, а послезавтра мы с вами идем в Мариинский театр…
— На оперу? Я же засну на ней… И вообще, как вам удалось без моего паспорта купить второй билет?
— Я же иностранец. За два билета в компьютер два раза ввели данные моего загранпаспорта… А идем мы на балет «Спартак»…
— Балет еще можно смотреть… До встречи с бывшим мужем я немного занималась бальными танцами, но Руслану это не нравилось и я оставила их. Правда умение двигаться пригодилось мне на занятиях единоборствами…
— Кстати, где вы сейчас оттачиваете свое мастерство? На терассе наверное холодно…
— Мы сейчас живем в доме Максима Алексеевича, там и занимаюсь в большой гостиной на нижнем этаже. А терассу Артур Петрович попросил перенести за дом, где живут ваша дочь и он…
За разговором почти доехали до Ромашково-Элитное. Ларри попросил остановить машину, взял куртку и пальто Лиды, открыл перед женщиной дверцу, помог ей выйти и надеть пальто, надел, но не застегнул куртку.
Они посмотрели друг на друга, обнялись, несколько раз поцеловались.
— Ларри, нам пора. Вдруг кто — нибудь увидит, как я целуюсь с незнакомым джентльменом и расскажет об этом моему мужу. Для него это будет ударом…
Ларри и Лида с сожалением расцепили объятия, сели в машину. Через несколько минут Лида загнала «Шкоду «на территорию поместья, подъехала к дому Марины…
Остаток дня и весь следующий день Ларри общался с дочерью. Он привез Марине очередной подарок — вышитую Верочкой картину на грубом холсте — солнце, наполовину спустившееся в океан, тронутые зарей облака на небе, след от солнца на воде. Увидев этот шедевр, Марина поняла, что талант художника к ней перешел от матери…
На другой день Ларри и Лида, не сговариваясь, поехали в театр без верхней одежды, так как на улице потеплело почти по — летнему. На Ларри был костюм и свежая рубашка, на Лиде — платье нежного, небесно — голубого цвета, дополненное клатчем на цепочке и белым палантином из ангоры…
Из Ромашково-Элитное выехали с запасом времени, расчитывая посетить хотя бы одно памятное Ларри место.
В дороге не обошлось без нежностей и поцелуев…
По прибытию в Санкт — Петербург Лида показала Ларри набережную Невы. Погода начала меняться в худшую сторону — они стояли у воды тесно прижавшись друг к другу…