- Спокойно!- рявкнула девица, пресекая мою попытку к бегству, - Си- д- д-еть!
Во всяком случае, всё, что сделает она, в конце концов, можно смыть. - подумала я, глубоко вздохнула и отдалась ей в руки. В итоге, когда в кабинет вкатили, огромное, на подставке зеркало и развернули меня лицом к нему, я на несколько секунд потеряла дар речи. Из-за зеркала высунулась светлая голова моей подружки, - Ты чё? Не нравится? - ее удивлению не было предела.
- Нет... То есть да... То есть... Боже, кто это? - шептала я, разглядывая своё отражение. Я никогда не пользовалась косметикой и то, что предстало моим глазам, восхищало и пугало одновременно. Восхищала красота - с серебряной поверхности, на меня немного надменно, взирала яркая, сногсшибательная шатенка. Темные волосы с легким золотистым оттенком блестящей шапкой обрамляли лицо и легкой волной укладывались на сгибы локтей, а огромные, светло-серые глаза, подведенные стрелками, смотрели дерзко и надменно, этакая - женщина Вамп. Мне очень, очень нравилось, то, что я видела в зеркале. А пугало... Пугало то, что я не умею, пользоваться всеми этими прибамбасами и вечером мне придется всё это смыть. А так хочется всегда быть такой красивой. Так хочется, что бы меня увидели мои Ангелы. Особенно один. Самый главный Ангел моей жизни. На глаза сами собой стали наворачиваться слёзы.
- Эй, эй, эй! Сейчас же все поплывет! - занервничала красная девица.
- Ланка, ты чего? - подскочила ко мне Татьяна.
- Я не умею этим пользоваться... - выла я задрав лицо к потолку, пытаясь, таким образом, не дать слезам пролиться.
- Вот дурёха! Я научу. Ну, помучаешься с недельку, а дальше само пойдет.
- Не получится!
- Получится! Мы женщины! Это у нас в крови! Генетика, мать ее! -заржала Танька.
Я потихоньку успокоилась. Нам еще налили по чашке кофе, а когда я совсем перестала всхлипывать и уже во всю, улыбалась своему прекрасному отражению, красная девушка поправила мне макияж и мы выпорхнули из салона в теплый майский, уже почти летний вечерок.
- Ну пошли, прогуляемся маленько, времени у нас еще навалом. Я припарковалась далековато, встать тут просто некуда было.
На улице было довольно людно, пока мы шли до машины, я ловила на себе заинтересованные и восхищенные взгляды. И не только мужские. Гордость меня прямо распирала, и я несла себя, как английская королева, не замечая ни чего вокруг.
- Эй, красотка, не изволите ли прокатится? - крикнула Татьяна, когда поняла, что я прусь мимо машины и не замечаю, что она уже не идет рядом.
- Ой! - засмеялась я и бегом поскакала обратно. Уселась. Пристегнулась и скомандовала, - Вперед!
- Класс! Скажи?!:- сказала Татьяна, заводя свою канареечку.
- Что?
- Чувствовать себя неотразимой! Ведь ты именно так себя сейчас чувствуешь?!
- Ага! Как в том кине! -засмеялась я - "Вот иду я красивая по улице, а мужики вокруг так и падают, так и падают… И сами собой в штабеля укладываются!"
Танька заржала как конь и сорвалась с места как пуля. Через десять минут мы были в десяти кварталах от спа-салона. Я думала, помру от страха и половину пути опять ехала с закрытыми глазами. - Эй, трусишка, машинку мне не обгадила? Смотри, а то заставлю химчистку оплачивать. -хохмила Танька, но столкнувшись с моим убийственным взглядом благоразумно заткнулась, молча вылезла из машины и уже от парадного начала паясничать снова, - Лан, за тобой прислать кого ни будь? Ты там чё, примерзла? Или прилипла? - но при этом была так очаровательна и забавна, что я вылезла из машины и со словами, - Ну сейчас ты у меня получишь! – и бросилась за ней. А Танька, сразу же пискнув сигнализацией, скрылась в подъезде, пытаясь спастись бегством. Так, дурачась, и шуточно лупя друг друга, мы приехали на четырнадцатый этаж. - Добро пожаловать в мой пент-хаус, моё логово! - продолжала кривляться Татьяна. - А сейчас вмажем по коньячку, чуток перекусим, нарядимся и к одиннадцати поедем в клуб.
Я уже смирилась со своей сегодняшней участью и перестала перечить Татьяне, к тому же мне и самой очень хотелось выйти в люди. С таким то лицом. Я и не предполагала, что такая красотка. Сегодня я очень нравилась сама себе. И была готова на приключения. А когда Татьяна вытащила из шкафа платье... Отпали последние сомнения. Легкая тягучая ткань, темно-синего цвета вся пронизанная серебристым люрексом, обняла мою фигуру как вторая кожа. Облегающее, на тонких бретельках длинное «в пол» платье, было сшито словно на меня. Глубокое декольте и разрез от середины бедра придавали ему некоторую фривольность, но лишь самую малость.