От стыда у Никиты покраснели щеки. Теперь можно не сомневаться в дальнейших насмешках со стороны одноклассников и не только. Наверняка слухи о его «расстройстве» пройдут по всей школе.
— Зато класс теперь будет знать, что может случиться с человеком, днями напролет занимающимся ерундой, — добавила старуха, попытавшись улыбнуться. Однако это выглядело настолько противно, что Никита с огромными усилиями заставил себя смотреть ей прямо в глаза.
Его так взбесили ее слова. Хотелось высказать все, что он думает о ней. Но он должен сдерживаться, ссоры с учителями почти в конце выпускного класса не нужны. Этого ему сейчас следовало опасаться.
Прозвенел школьный звонок, услышав который Никита закинул портфель на плечо и быстро вышел из класса, напоследок бросив злобный взгляд в сторону учительницы, которую теперь еще больше возненавидел. А самым ужасным было то, что он даже не может высказать свое мнение. Ведь в любой момент она может нажаловаться предкам! И хоть ему почти все равно на меры, которые предприняли родители, злить их еще больше он не хотел.
Выйдя из кабинета, Ларионов направился на следующий урок. Ему даже есть не хотелось. Однако о том, что хотел поговорить с Алиной, он вспомнил, когда вошел в кабинет математики, в котором пока что никого не было. Парень сел за свою парту и принялся наблюдать за снегом, валившим за окном, не прекращая. Ничего, поговорить с отличницей он сможет и позже.
Внезапно окно само по себе распахнулось, впуская в кабинет морозный воздух, от которого Никита поежился.
— Скучаешь? — усмехнулся девчачий голос сзади, когда Никита встал со стула, чтобы закрыть окно.
Рядом с закрытой входной дверью стояла та чокнутая, из-за которой над ним и начали насмехаться. Внутри вмиг все вскипело от гнева. Да он был готов убить ее прямо сейчас!
Юноша в несколько шагов оказался рядом с ней и, прижав к стене, воскликнул:
— Да отвали от меня уже! — Он резко хлопнул ладонью по стене рядом с девушкой, от чего та даже вздрогнула. — Хватит меня преследовать! Чего ты вообще хочешь?! Кто ты такая?! Почему тебя вижу только я?!
— А не боишься, что твоя самооценка опустится ниже плинтуса после того, как я скажу тебе? — усмехнулась девчонка, нагло скрестив руки на груди.
— Прости за то, что я сказал тебе тогда! Про нищету и так далее. Я не подумал, когда говорил, ясно?! — выкрикнул парень, перебив ее.
Взгляд незнакомки смягчился. Повисла недолгая тишина. Девушка, видимо, обдумала, что ответить.
— Поэтому я спрашиваю, — наконец продолжила она, — Не боишься ли ты, что пострадает твоя репутация в связи с распущенностью твоего языка? А то будешь каждому первому встречному рассказывать, что за тобой по пятам ходит ангел-хранитель. — Девушка не говорила, а тараторила, из-за чего юноша плохо усваивал ее слова. — Тогда на каждом углу будут шептаться о старшекласснике, который до сих пор верит в сказки.
— Стоп-стоп! Что? Ангел-хранитель? — остановил ее Никита, после чего громко расхохотался. — Ну да, да, в таком случае я демон-искуситель.
— А как же ты тогда объяснишь то, что меня больше никто не видит? — решила сумничать девчонка. Ларионов сразу же перестал хохотать.
— Я откуда знаю? Может, это просто какой-то розыгрыш, и все решили притвориться, что не видят тебя. Это было бы выгодно учителям, которых я уже достал, да и ученикам, которым не очень нравлюсь. Вот они сговорились и решили унизить меня за счет этого сумасшествия, проявившегося у меня ТАК ВНЕЗАПНО. — Последние слова он произнес по слогам. Юноша внезапно стукнул себя по лбу. — Ну, конечно! Вот и объяснение! Как же я сразу не додумался?! Но я никому не позволю подшутить надо мной. Поэтому можешь зайти к директрисе и сказать, что с актерской игрой не справилась. Хотя, стоит признать, играла ты действительно неплохо.
Девчонка открыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент дверь в кабинет распахнулась, и внутрь вошла Алина, вешая свою сумку на крючок парты.
— Никита, с кем ты разговаривал? — спросила она у юноши, наблюдавшего за ее действиями.
Тогда Ларионов медленно повернул голову к чудачке, принявшей довольный взгляд.
— Подожди, то есть ты никого сейчас рядом со мной не видишь? — спросил он, показывая на Миру.
— Нет, — засмеялась Алина. — А разве должна? Ник, у тебя все хорошо? Голова не болит? — Девушка приложила ладонь к его лбу.
— Да нормально все со мной! — разозлился Никита, смахивая руки Белоозерской. Даже ее прикосновения уже были неприятны. Странно, она бы точно не стала ему врать.