— Вас понял, — отозвался штурмовик, и чуть тише добавил: — Извините, отвлекся на их командира.
— Командует тут демон, — отозвался я. — А на эту шантрапу зря время не трать.
— А где он? — тотчас спросил штурмовик. — Я имею в виду — демон.
Да понял я, кого он имел в виду. Столько азарта в голосе, да форма новенькая — чего уж тут не понять?
— Какой у тебя позывной? — спросил я.
Штурмовик на секунду замялся, потом всё же ответил:
— Тринадцатый.
Номерной. Я так сразу и подумал. Новичок, еще не заслуживший в бою нормального прозвища или, как говорят штурмовики, позывного. Такие рвались в атаку первыми.
— Вот что, Тринадцатый, — говорил я в паузах между выстрелами. — Забудь про демона. Если он заявится, ты его не пропустишь.
Тринадцатый неопределенно хмыкнул, что можно было трактовать и как согласие, и как сомнение в собственной наблюдательности. Рыжий и вихрастый, с веснушками на носу, он мне казался эдаким первым парнем на деревне, который только и ждет подходящего момента продемонстрировать всем свою лихость. Почему-то я сразу подумал, что до получения номера его звали Антошкой. Был такой персонаж в детских сказках, который лихо ввязывался в неприятности, но и не менее лихо из них выпутывался. С таким настроем Тринадцатому надо было идти в гренадеры.
Хотя нет, в реальном мире его бы там убили слишком быстро.
— Потому что он тебя точно не пропустит, — добавил я. — Можешь мне поверить.
И мой отсутствующий глаз тому надежной порукой.
— Так что сосредоточься на текущей задаче, — закончил я свою мысль. — А это — пулеметчики.
Тринадцатый кивнул и вздохнул. На отстреле пулеметчиков прославиться сложно. Зато больше шансов дожить до того момента, когда можно будет прославиться. Я попытался донести эту мысль до Тринадцатого, но, похоже, лишь зря потратил слова. И один германский патрон. Отвлекшись на объяснения, я чуть было не упустил очередного кандидата в пулеметчики. Подстрелил уродца на самом подходе, да и то не наповал. Пришлось вторым выстрелом добивать.
— Да чтоб тебя, — прошептал я.
Бесы, казалось, вырастали словно из-под земли как грибы после дождя. Не успеешь одного уложить, как на его месте уже пара новых.
— И это называется небольшие группы? — громко проворчал я.
Тень услышала.
— Недостаточно большие, чтобы вызывать на них артиллерию, — отозвалась она.
Конец ее фразы утонул в новом грохоте разрывов. Где-то группа оказалась достаточно большой. Когда отгремело, Тень спокойно уточнила:
— В основном, небольшие. Но их много.
Ну так сама же сказала, что они стекались со всей округи. Я даже приметил утреннего беса с карамультуком, а мы его прошлый раз на берегу встретили. Это даже по прямой часа три пути. Бес положил длинный ствол ружья на плечо одного из своих бойцов и направил в нашу сторону. Бабахнул выстрел. Над карамультуком поднялось облачко сизого дыма. Надо же, этот раритет до сих пор функционировал. Да еще в руках беса! Умели же делать оружие. Я пристрелил беса, и его подчиненные тотчас сцепились за право завладеть его наследством. Дело дошло даже до драки на саблях.
— А демона уже заметили? — не утерпев, поинтересовался Тринадцатый.
Я только головой покачал. Вот ведь неугомонный! Тень сообщила, что демона никто не видел. Это было странно.
От очередного вопля шамана снова заныли зубы. Колонна мертвецов хлынула из пролома в стене, и врезалась с тыла в волну мутантов, которая как раз разворачивалась для новой атаки. Мертвецы невозмутимо топали вперед, отпихивая оказавшихся на пути тварей. Те рычали и огрызались. Шаман, размахивая флагом, полез расталкивать увязшие первые ряды и быстро схлопотал пулю. На стремлении мертвецов добраться до нас это никак не сказалось. Разве что мутантов они теперь пинали чаще, чем отталкивали. При таком численном превосходстве было вдвойне странно, что нас еще не обошли с тыла.
Улучив момент, когда было потише, я поделился своими сомнениями с разведчиками. Тень ответила, что позади нас развернулся отряд того самого Мотыля, и я могу не волноваться. Если нас попытаются обойти, то Мотыль не прозевает и предупредит нас вовремя.
— Там же пути для мертвых нахожены, — добавил к этому Хорь. — А наши из пушек долбят. Разнесут всё, вот они и не подставляются.
Ну да, корабельная артиллерия лупила от души. Над руинами вздымались серо-черные столбы разрывов, расшвыривая во все стороны обломки зданий и ошметки нечисти. Наши развалины то и дело сотрясались, мешая прицеливанию. И под таким огнём нечисть всё равно толклась на трех направлениях, хотя вполне могла рассредоточиться на четвертое. По мне, так лучше потом проторить новые пути для нежити, чем пачками ловить на голову тяжелые снаряды. Впрочем, у демонов своя логика, нам, людям, зачастую совершенно непонятная.