— Врага?! — рявкнула она. — Да это был наш единственный союзник.
Факел небрежно отмахнулся и проворчал, что, мол, таких союзников в базарный день пучок за пятачок, да и вообще не очень-то надо. Алексеева тем временем продолжала свою обвинительную речь:
— Два идиота! — от избытка эмоций она топнула ногой по полу. — Он мог дать нам доступ в демоническую сеть. Мы смогли бы пройти по всем завоеванным мирам и поднять там восстания против демонов. Да мы в сам Ад смогли бы вломиться!
— Сдается мне, вы скоро сможете сделать это и без помощи демона, капитан, — строго сказал Факел.
Не уверен, что Алексеева его услышала. А стоило бы. Если инквизитор перешел на "вы", хорошего не жди.
— Победа была почти у нас в кармане! — продолжала она, отчаянно жестикулируя и то и дело срываясь на визг. — А вы всё погубили! Всё! Погубили! Идиоты!
Алексеева еще что-то выкрикивала, но слов уже было не разобрать. Ее рука всё же дернулась к кобуре, но неожиданно промахнулась. Пальцы скрючились. Бешенство на лице сменилось каким-то уж совсем диким выражением, и главное, на этом перемены не закончились. Перекошенное злобой лицо поплыло, вытягиваясь в длину. Мышцы на плечах бугрились так, что мундир затрещал. Подавшись вперед, Алексеева полуприсела, и безвольно повисшие руки коснулись пальцами пола.
— Глаз, стреляй! — закричал Факел.
Зарычав, Алексеева ринулась на него. Пальцы нацелились в лицо инквизитора. Ногти на них отрастали буквально на глазах, превращаясь в изогнутые когти. Факел махнул раструбом огнемета. Руки Алексеевой он отбил, а вот сама она врезалась в инквизитора. К счастью, он прочно стоял на ногах и Алексеева налетела на него со всего разбегу как на скалу. С тем же результатом. Она отлетела назад и грохнулась на спину, но тотчас вскочила на ноги. Ее лицо продолжало меняться, и я узнал знакомые черты мутантов.
— Да чтоб тебя… — произнес я, одновременно вскидывая винтовку.
Плечо на какой-то миг перестало саботировать движение рукой. Мне этого хватило, чтобы поймать Алексееву в прицел и выстрелить. Она снова грохнулась на пол.
— Убью-ю-у-у-у! — взревела она, практически без паузы переходя в собачий вой.
Затем ее чуть было не накрыла струя пламени, но в последний момент Алексеева извернулась и вынырнула из-под нее. Я снова выстрелил. Думаю, мне просто повезло. Или, скорее, ей. Пуля попала в голову. Алексеева дернулась и застыла.
Больше чудить не будет. На миг в памяти всплыла Нарва, а в следующее мгновение я уже лез в карман за ладанкой. Мне ее в той же Нарве дал умирающий солдат. К сожалению, его последнюю просьбу я так и не смог выполнить, но ладанку по-прежнему таскал с собой. Сам не знаю зачем. В ней у меня был ладан из Александро-Невской лавры. Как выяснилось еще в Дубровнике, не очень-то он помогал в таких случаях, но мутантов создавали страсти, а это всё ж таки не бесы, это самая мелкая нечисть. По крайней мере из тех, что нам известна.
Правда, когда страсти проявлялись, что-либо предпринимать было уже поздно. По рассказам инквизиторов, страсти вначале полностью захватывали душу, и уже потом начинали ее рвать, одновременно перестраивая свой новый дом под себя. Поскольку мой выстрел успел разорвать связь души с телом до полного обращения, она должна была освободиться и отлететь куда положено. Ну и страсти тоже улетали куда положено им, поскольку поначалу в теле их держала только душа. Считалось, что они ее не преследовали, если только та сама не поддавалась. Надеюсь, у души Алексеевой хватило ума хотя бы там держаться от адских тварей подальше, а я, как говорится, уж чем мог.
Торопливо отщелкнув тугую застежку, я осыпал тело ладаном, постаравшись изобразить православный крест. Ладан был освященный, из-под иконы Георгия Победоносца, глядишь, и помог ей по ту сторону. По крайней мере, мне хотелось на это надеяться. Факел потом, когда я ему всё это изложил, пожал плечами и сказал, что такой вариант не исключен полностью.
Но это было потом, а тогда из коридора сплошным потоком повалили падальщики. Факел смел первые ряды огнём. Уцелевшие твари подпрыгивали в нетерпении, но в пламя не совались. Я кое-как подстрелил парочку самых крупных. Перезаряжать винтовку с моим плечом — тот еще подвиг оказался, а ведь еще надо было делать это быстро.
Затем из коридора примчалась полудюжина мутантов. Я едва-едва успел перезарядить оружие. Мутанты пробежали прямо по падальщикам и с разбегу перепрыгнули через огонь. Один настолько разогнался, что так и улетел в пропасть. Его протяжный визг медленно затихал, и на последней ноте резко оборвался. Остальных пришлось убивать. Мы справились, но теперь падальщики, увидев, что через стену огня можно перепрыгивать, лихо сигали на нашу сторону. Факел пинками отправлял их обратно.