— Тогда я допустил ошибку, — признал Борей, доброжелательно кивнув. — Не хочу, чтобы ты подумал, будто я затаил какие-то сомнения по поводу твоей работы. Я здесь твой наставник и советник и хочу, чтобы ты свободно говорил обо всех своих тревогах.
— Тогда я беспокоюсь, что у нас так мало новобранцев, вот и все, — проговорил Дамас тихо.
— Очень хорошо, отмечу твои рекомендации в журнале, так что, если мы провалимся с квотой, никто тебя не обвинит, — пообещал Борей.
— Меня беспокоят не обвинения, а будущая сила нашего ордена, — поправил Дамас капеллана-дознавателя.
— Тогда я позабочусь, чтобы моя запись упомянула и об этом. Ты доволен новой партией претендентов, несмотря на их малое число?
— Все они улучшили свои навыки и оправдали мои ожидания, — подтвердил Дамас и снова дважды хлопнул в ладоши.
Внимательные к приказам инструктора претенденты, стремительно работая ногами, собрались возле космодесантников.
— Я оставляю тебя твоим ученикам, — сказал Борей и повернулся, чтобы удалиться.
Уже очутившись по ту сторону двери, он услышал, как сержант-ветеран приказал группе разбиться на пары, чтобы попрактиковаться в рукопашном бою.
Ход мыслей Борея расстроился. Присутствовало в ситуации нечто неладное, он это чувствовал. На первый взгляд все шло своим чередом, однако в настроениях команды появились «подводные течения». В них присутствовал слабый неопределенный упрек. Подобно самому Борею, остальные Темные Ангелы тоже были разочарованы, фактически они сидели на необитаемом острове, в то время как другие боевые братья устремлялись в славную битву совсем в другом месте за сотню, если не за тысячу световых лет от Писцины. Или причина была в беспомощном состоянии самого Борея, которое он проецировал на других? Других космодесантников назначение на эту планету, возможно, слегка раздражало, но не более. Этого следовало ожидать. Нестор вроде бы чувствовал себя в этой ситуации комфортнее остальных. Но это само по себе могло оказаться проблемой. Вдруг старый апотекарий смирился с собственной судьбой? А если он потерял энергию? Не хотел ли он, измученный долгой службой, наконец-то умереть?
Прежде чем идти проверять боевых братьев Тамиила и Завла, капеллан решил поразмыслить как следует. Он прошагал по лестнице до самого верха цитадели и выбрался на крышу, где находилась площадка, предназначенная для наблюдений и стрельбы. Порт Кадилл был виден как на ладони, а выше него — большой вулкан, на склонах которого выстроили город. Крепкий бриз бил в лицо, хлопал полами стихаря, заодно освежая разум капеллана. Когда пределы часовни начинали стеснять разум, Борей часто приходил сюда, чтобы вернуть мыслям их свободное течение. На этот раз он подобрался к южному парапету и посмотрел вниз по склону вулкана в сторону моря.
Тут был промышленный центр Кадилла. Именно здесь находились громадные доки, к которым причаливали чудовищно громадные океанские комбайны, были тут и высокие подъемные краны, и портальные погрузчики, которые рассекали бухту, чтобы забрать грузы газа и минералов, взятых со дна моря. Фабрики, которые перерабатывали руду и выплавляли металл для перевозки на другие планеты, расползлись вокруг гавани, подобно дымящемуся пятну. Здесь же располагались и жилые блоки, вместительные конструкции из камнебетона, набитые миллионами рабочих Кадилла. Близился вечер, вскоре гудки и сирены должны были известить об окончании дневной смены и о наступлении ночных часов. Когда опустится тьма, тысячи плавильных печей зальют небо багряным светом.
Борей обошел башню вдоль парапета и обратил взгляд на восток. Тут был район побогаче, а рядом развалины древней базилики. Еще дальше, за островерхими башнями планетарной знати, за дворцом имперской правительницы леди Созен, лежал хребет Коф. Именно возле него Темные Ангелы и Имперская Гвардия когда-то удерживали позиции и отбивали атаки орков. В случае прорыва обороны две армии зеленокожих получали возможность соединиться, и тогда планета пала бы наверняка.
Именно поэтому тысячи гвардейцев и космодесантники числом около сотни сдерживали бесчисленную орду чужаков на бесплодном и каменистом клочке земли. Борея там не было, потому что он продолжал сражаться в Кадилле. Однако рассказы о героизме и победе вызывали у него гордость. Боевые братья Темных Ангелов боролись, понесли страшные потери, но своей кровью добыли победу и уберегли Писцину от порабощения. Пади Писцина IV, и орки высадились бы на Писцине V, не встретив ни малейшего сопротивления. Племена оказались бы вырезаны или порабощены, а мир утрачен Темными Ангелами навсегда.