— Обещания, данные предателю, не в счет, — проворчал Борей, отворачиваясь. — Умри в муках.
Пальцы Венеза безуспешно царапали ботинок капеллана-дознавателя, прежде чем рука соскользнула и неловко шлепнулась на металлический пол.
— Нам нужно уходить, — с трудом проговорил Гефест, подходя к Борею.
— Ты понял, что он сказал? — спросил капеллан.
Гефест молча отвернулся.
— Скажи мне!
Технодесантник попятился и оказался лицом к лицу с другими Темными Ангелами. Все они уставились на Гефеста, даже те двое, что стояли в дверях.
— Устройство безопасности установлено в подвале цитадели, — объяснил технодесантник, встречаясь взглядом с боевыми братьями. — Оно называется аннигилус. После битвы с орками за базилику было решено, что вновь возведенная крепость не должна попасть в руки врага ни при каких обстоятельствах. Если бы пала наша крепость, пала бы и вся Писцина-четыре, но устройство безопасности не позволит никакому противнику захватить планету.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Борей, охваченный недобрыми предчувствиями. — Как может устройство безопасности помешать противнику захватить всю планету?
— Вирусное оружие, — посмотрев на Борея в упор, отрезал Гефест, шлем скрыл выражение лица, но интонация выдала смятение.
Борей был ошеломлен. Он хотел что-то сказать, но осекся, слова не имели смысла. Он пытался придать чувствам определенную форму, выразить страх и вскипевший в душе гнев, но не смог.
— Я командую нашим форпостом в этом мире, внутри здания форпоста имеется устройство, способное уничтожить все живое на планете, и я не в курсе этого?
Борей почувствовал усталость и оцепенение.
— Ты не должен был знать, так было надо, — ответил Гефест. — Великие магистры отдали вполне конкретный приказ.
— И все же Падшие, худшие из наших врагов, знали об этом! — взревел Борей и шагнул к технодесантнику.
Он сорвал с пояса крозиус, нажал кнопку, холодное голубое сияние окутало навершие оружия. Рука Нестора сомкнулась на запястье капеллана, когда тот размахнулся для удара.
— Это ничего не изменит, — тихо сказал апотекарий. — Расследование и, если необходимо, правосудие подождут. Сейчас важнее предотвратить катастрофу.
Борей замер на мгновение, слова Нестора проникли сквозь закипевший гнев капеллана и коснулись его сознания. Расслабившись, он кивнул, и апотекарий разжал хватку. Борей посмотрел на крозиус, на символ крылатого меча. И, издав невнятное рычание, позволил оружию упасть на пол.
— Брат-технодесантник, свяжись с «Клинком Калибана», пусть высылают за нами «Громовой ястреб»! — рявкнул он и проследовал к двери, оставив свой крозиус рядом с умирающим Венезом на полу.
ИСТОРИЯ АСТЕЛЯНА
Часть пятая
Бывший командир ордена собрался с мыслями, прежде чем начать, и, оттолкнувшись, забрался обратно на плиту. Он говорил медленно, обдумывая каждое слово. Голос не выдавал ни физической, ни душевной слабости Астеляна.
— Если хочешь, можешь проигнорировать все, что я уже сказал. Не отрицаю, история была из ряда вон выходящая, ты обнаружил такое, с чем трудно согласиться. Если ты не признаешь мои аргументы весомыми, значит, твои хозяева хорошо тебя подготовили, и твоя верность делает тебе честь. Но такая преданность неуместна. Она отдана тому, кто ее не стоит. Твоя истинная верность должна принадлежать Императору и человечеству, никогда не забывай об этом. Учитывай этот факт, когда будешь слушать меня. Из многих истин, которые я могу открыть, эта самая важная. Темные Ангелы считают, будто прокляты и несут позор со времен Ереси Хоруса. Они ошибаются. Проклятие началось, когда Калибан был открыт заново и Лев Эль'Джонсон принял командование легионом.
Астелян сделал паузу и посмотрел Борею в лицо. Оно, как и прежде, оставалось невыразительным, взгляд был пристальным и мрачным.
— Продолжай, — предложил капеллан.
— Темные Ангелы уже десять тысяч лет пытаются искупить то, что случилось на Калибане. Об этом мне стало известно от Мефелы и Ановеля, а ты подтвердил то же самое словом и делом. Вы окутали себя тайной, сделали запретными знания о тех давних событиях, уничтожили все доказательства существования Падших. Даже в своих собственных рядах вы установили уровни секретности, так что боевые братья не знают истинных истоков ордена. Будто сборище недовольных, вы шепчетесь друг с другом среди теней. Вы вступили в сговор, чтобы тайно вести свой поиск вдали от посторонних глаз. Завеса полумрака скрывает ваши дела. Это не из-за Ереси Хоруса, не из-за Лютера и не из-за меня, не из-за прочих, которые, подобно нам, сражались с собственными боевыми братьями. Это не потому, что позор наших грехов приходится скрывать. Все это отговорки, измышления, оправдания, нацеленные на сокрытие правды. А правда так проста, и она ужасает. Тьма гнездилась в душе Льва Эль'Джонсона. Тьму вы все несете в себе. Интриги, секреты, загадки, ложь — вот наследие вашего примарха.