В расторопности ни Пегасу, ни Грифону никогда нельзя было отказать. Братья-генералы, по мнению Пуритрама, обладали этакой критической массой беспринципности, наличие которой позволяло им многие годы успешно исполнять роли загонщиков любой «дичи». При Их Величествах и без Их Величеств, при теократах и без теократов, братья-генералы не обременяли себя мыслями о правомерности ни того, что им поручали, ни того, какие средства им выбирать и как действовать.
Ровно через час они доложили Самовозвеличенному о ходе выполнения приказания. И еще через двадцать минут двери тронного зала открылись, и в него стала вползать целая процессия их технических агентов Департамента защиты, тащивших на себе всевозможное оборудование, бывших военных флота Их Величеств, ученых Академии, связистов, арсенальщиков, технологов, астронавигаторов, просто исполнительных вояк-ветеранов. К этому далеко не полному списку примыкали также киберпрограммисты, дипломаты, повара кухни Их Величеств, два камергера и четверка архивариусов и даже один отставной церемониймейстер.
Даже беглого взгляда хватало на то, чтобы понять, что «загнанная» в тронный зал «дичь» — последние реликты из великого прошлого Королевского Двора. Большинство этих людей совершенно не понимали, что от них требовалось, и поэтому бессмысленно сгрудились перед тронной пирамидой.
Самые разворотливые и знающие свое дело технические агенты Департамента обставляли зал оборудованием всевозможного контроля над жизнедеятельностью планеты, ее климатом и населением. Зажглись экраны кибертеров, принимая сообщения от орбитальных станций разведки.
Генералы Грифон и Пегас, подозрительно трезвые и на редкость подтянутые, удалились за пределы дворца на некоторое время и вернулись, возглавляя конвой для трех десятков Преосвященных теократов, которых ввели в зал в наручниках.
Кто-то из ученых бывшей Академии, завидев такую картину, принялся аплодировать, его поддержалили другие…
Теократы шли в шеренге по двое с понурыми головами, так же как и остальные, не понимая сути происходящего. Арестованных в лиловых тогах построили перед троном.
Все вопросительно уставились на Самовозвеличенного. В зале установилась гробовая тишина.
Лобсанг Пуритрам, в руках которого появилась его любимая трость, вместо традиционных четок, покинул одно из кресел Их Величеств, спустился на несколько ступенек вниз. От фигуры коротышки в тоге с тростью в руках веяло мрачным комизмом.
— Итак, мое решение собрать вас здесь совершенно не случайно. Как вы, наверное, знаете, наш нейроквантовый десант на Пеструю Мару потерпел полное фиаско. Наши военные корабли и ковчеги в количестве ста тридцати единиц уничтожены. Миссии теократов в системе пришел конец. Атилла Левит, мой заклятый враг, канцлер Республики, с помощью большой поддержки пиратских дракаров разгромил и уничтожил корабли и базы его собственной гвардии. Вернул себе власть на астероидах, и, буквально вчера, по системной связи нами был получен его возмутительный ультиматум от имени так называемого Парламента Объединенных миров… Я не считаю себя проигравшим эту войну и вам не советую так считать. Королевский дворец охраняется тремя сотнями вооруженных агентов Департамента. Никто из вас отсюда без моего на то согласия не выйдет. Тот, кто попытается это сделать, будет пристрелен на месте. Ваша цель в течение ближайших трех часов построить и рассчитать следующую задачу: сколько потребуется военных кораблей, начиненных плазменной взрывчаткой, сколько потребуется кораблей-таранов, с какой точностью должны мы их вогнать в проклятый «ошейник» звезды, чтобы освободить Королевский Двор от позора сдачи, а возможно, и ускорить кончину самого светила, вызвав катастрофический астероидный шквал. Одновременно с этим, вы должны рассчитать полную вероятность разрушения всех промышленных секторов Республики по принципу цепной реакции. И, наконец, последнее… Это относится к вам, господа теократы, послушники и преосвященные Храма Лиловых Тог! — Лобсанг торжествовал. Трость в его руках прихотливо исполняла то движения хлыста, то ритуального меча древних. — Вы хотели Предготовления. Прекрасно! Роль капитанов-смертников на кораблях-бомбах вам подойдет. Принеся себя в жертву, вы искупите свою ошибку и, возможно, ваш Храм и его Бог зачтут этот принудительный героизм. До решения всех поставленных задач я объявляю миссию теократов арестованной. Это ясно? В таком случае, мои верные генералы…
Верные генералы переглянулись. Они были сегодня на редкость трезвы. Они слушали очень внимательно всю речь Самовозвеличенного, они видели реакцию тех, кого насильно согнали сюда. Они услышали в последних словах Пуритрама нечто особенное и значимое, что облегчало им их действия. А действовать требовалось быстро, без промедления.
— Господин Пуритрам, следуя вашему приказанию… — начал Грифон.
— То есть его смыслу… — продолжил Пегас.
— И всей логике… — подхватил Грифон.
— Которая противоречит… — дополнил Пегас.
— Понятию нормальности… — уточнил Грифон.
— Поскольку вы также являетесь теократом… — констатировал Пегас.
— И крайне опасным… — отметил Грифон.
— Именем Парламента Объединенных миров Нектарной звезды, — заключил, наконец, Пегас решительно. — Вы арестованы!
Зал охнул и вздрогнул одновременно. Никто не ожидал такой развязки.
Не ожидал и Самовозвеличенный. У всех в ушах еще звучал, словно отрепетированный, диалог двух генералов, прислужников и пьяниц, которых многие из присутствующих искренне ненавидели и презирали, а кто-то даже просто боялся.
— Как мне вас понимать, генералы?! От чьего имени вы объявляете меня арестованным?! Нет никакого Парламента Объединенных миров и быть не может! Я шеф Департамента Защиты, я регент, в конце концов, я…
— Вы — теократ, — Грифон подошел к Пуритраму и крепко взял его за запястья.
Не отстающий Пегас защелкнул на них наручники.
— Это не смешно, генерал! Слышите меня?! — Взгляд Лобсанга Пуритрама напоминал жгучую кипящую смолу, которую он готов был обрушить, выплеснуть на головы всех, кого зачислил в уроды. — Когда, Пегас? Когда, Грифон? Когда?? — закричал он.
— Вчера, когда был получен ультиматум канцлера Атиллы Левита!
— Проклятье! Отпустите меня, отпустите немедленно, идиоты!
Грифон отрицательно покачал головой.
— Черт возьми! Тогда дайте мне нейроквантовый инъектор! Я не хочу позора. Я не заслужил… Опомнитесь, генерал Пегас! Я считал вас другом…
Пегас повторил жест своего брата.
— Вы враг, господин Пуритрам, враг нашего мира. Все ваше правление — это правление врага. Королевский Двор будет сдан под контроль Парламента Объединенных миров сегодня же!
***
Даже после того, как на Пестрой Маре сдался весь нейроквантовый десант теократов, Дарий не испытывал особого доверия к людям в тогах, особенно к татуированным Преосвященным адептам Храма. И хотя было ясно, что послушники пережили свое самое сильное потрясение, в буквальный поголовный катарсис сразу такой массы предготовителей, отказавшихся от осознанного жречества, остановившихся в один миг на краю пропасти, куда они собирались шагнуть, доктор не верил. Тем значительней и серьезней вырисовывалась идея Дамиана Гомера о Третьей Силе.
Планетоиды, спутники Громоподобной Наковальни, их было двадцать два, разных размеров, но и самые крупные не превышали одной трети диаметра той же Второй и Первой Лун — пока еще странниц на звездной орбите Мары, но в скором времени «невест» гнилого Яблока. Ни один из планетоидов не был в полном смысле обитаем, глобальной терраформацией здесь никто никогда не занимался, но почти на каждом из малых космических миров существовало свое поселение: храм или монастырь или даже, как на Чистилище, — подземный лабиринт.