Отдельная тема – это экспресс-поезда в аэропорты. Я успел попользоваться только Heathrow Express – двадцать минут от аэропорта до остановки Паддингтон. Поезд напоминает экспрессы, идущие в Шереметьево, но билет стоит от 27 до 32 фунтов (2700–3200 рублей) – примерно в 2,5 раза дешевле такси. Кстати, часто пассажиры выбирают поезд не из-за дешевизны (компании в 2–3 человека в деньгах ничего уже не выигрывают), а из-за скорости – не надо стоять на бесконечных светофорах Западного Лондона.
По поездам ходят кондукторы (в английских поездах, в которых из-за небольших расстояний вагоны все сидячие, все время ходят кондукторы) – неторопливые, как правило, молодые люди. Часто (мне кажется очень здорово, что железные дороги на это готовы) они имеют явные признаки аутизма. Кондукторы, особенно если народу немного, заговаривают с пассажирами, спрашивают «как дела», откуда и куда они едут. Пассажиры на удивление готовы вступать в разговор. Я плохо представляю как кондуктор успевает поговорить со столькими людьми обо всем на свете и еще и проверить билеты, но видимо и это – британская магия, влияние Гарри Поттера. Недавно мы сдавали машину, которую брали напрокат как раз в Хитроу (тот самый «Форд-Торнео», см. в предыдущей главе) и возвращались с дочкой на экспрессе (мы живем в десяти минутах пешком от Паддингтона, так что нам очень удобно). Наш вагон был вообще пустой, молодой парень – кондуктор, проверив наши билеты, посмотрел на нас с видом Человека дождя и сказал: «Вы без багажа». «Да», – сказал я. «А почему?» – «Мы сдавали машину и возвращаемся в город». Кондуктор заинтересованно нагнулся к нам. «Вы сдавали машину? Зачем?» – «К нам прилетали родственники из Израиля, и мы брали машину, чтобы ездить с ними. Завтра они улетают, и мы сдавали машину». Парень внимательно и долго посмотрел на нас и сказал: «Это очень сложно. Хорошего пути!» Мы пожелали ему того же и лишний раз порадовались за жителей Лондона, в котором люди с аутистическими отклонениями живут полноценной жизнью, работают и встречают приветливую реакцию, а не буллинг или возмущение.
Раз уж мы заговорили о рельсах, начнем описание чисто лондонского транспорта с «трубы», The tube – лондонского метро. Первому метро мира уже более 150 лет, оно начинало ездить еще на угле (и кое-где на улицах Лондона еще лежат металлические решетки, через которые паровозы метро выпускали дым). Национализированное почти 100 лет назад, лондонское метро постоянно нуждается в финансировании и периодически правительство заговаривает о возможной приватизации, а пока на путях обширной и очень удобной сетки метро постоянно происходят сбои (сравни с железными дорогами!), и остановки той или иной линии на пару дней «на ремонт» являются обычным делом. Каждый день заходя в метро, ты можешь прочитать длинный перечень troubles: на такой-то линии ремонт и поезда не ездят; на такой-то – severe delays; такую-то станцию поезда проходят без остановки. Хорошей традицией у линий, уходящих в спальные районы, является отключать «концы» на выходные. Вы думаете, что в Уимблдон ведет «зеленая» ветка метро, и вы в воскресенье поедете туда на ней? А вот и нет – редкий выходной она работает, в основном – нет.