Поэтому неудивительно, что одной из первых вещей, которым я научился у прежнего Смотрителя воронов Деррика Койла, стало понимание того, насколько важна чистка клеток. Деррик был человеком старой закалки: когда дело касалось заботы о воронах, все должно было быть идеально. Я изо всех сил стараюсь поддерживать его высокие стандарты. Примерно раз в месяц я устраиваю в постройке генеральную уборку: дезинфицирую все вокруг, поливаю из шланга и сгребаю гравий, ищу каждый кусочек припрятанной еды, проверяю проволочное ограждение и деревянные детали на предмет повреждений, смазываю все движущиеся части, оцениваю состояние насестов и ночных ящиков. Вдобавок я ежедневно делаю простую уборку, наводя чистоту и порядок. Все ли на месте? Все ли там, где должно быть? Все ли в порядке? Одна и та же рутина, 365 дней в году. Могу сказать, что быть Смотрителем воронов в большинстве случаев означает быть упорным и пунктуальным перфекционистом.
Впрочем, при всей монотонности тауэрского существования случаются дни, которые выделяются, – это особые события и церемонии, которые отличаются неординарностью и которые трудно забыть.
Для меня одним из таких дней стало 16 августа 2014 года.
Вы наверняка слышали историю появления в Тауэре керамических маков. «Исторические королевские дворцы» поручили Полу Камминзу и Тому Пайперу создать произведение искусства в ознаменование столетия начала Первой мировой войны. Художникам пришла в голову мысль сотворить впечатляющее море из керамических красных маков, число которых (888 246) точно соответствовало бы количеству погибших британских солдат. Ров Тауэра наполнялся маками на протяжении 117 дней, начиная с 17 июля, дня вступления Великобритании в военные действия, и до 11 ноября. В создании арт-объекта участвовали тысячи добровольцев со всего мира, в том числе моя дочь, и каждый установленный ими цветок символизировал солдата, убитого в бою. Это была самая крупная инсталляция в истории Великобритании, и называлась она «Кровь, залившая земли и окрасившая моря». Если вы никогда ее не видели, советую поискать изображения[82]. Это просто удивительно. Задача размещения маков сама по себе была невероятно масштабной и требовала тщательно продуманной координации со стороны команды проекта, которой руководили Джон Браун, тогдашний заместитель коменданта Тауэра, и йомен Джим Дункан, позднее ставший сержантом, которому я подчиняюсь. Свои усилия приложили также все сотрудники «Исторических королевских дворцов» и обитатели Тауэра. Получилась самая настоящая военная операция.
Это замечательное произведение искусства приобрело для посетителей особое значение, оно стало площадкой, где они могли собраться вместе, и отдать дань уважения. Люди приходили, чтобы оставить на ограде цветы и фотографии. Они приходили днем и ночью, день за днем. Помню, как мы с женой иногда просыпались по утрам от громких криков толпы, дождавшейся момента, когда Тауэр включит прожектора, чтобы осветить маки. Я никогда не слышал ничего подобного. Сквозь узкие окна нашей квартиры в Казематах мы видели ярко-красные маки, сияющие и омывающие Тауэр своим восхитительным и в то же время пугающим сиянием. Это было нереально. Проект «Кровь, залившая земли и окрасившая моря» сильно изменил жизнь всех обитателей Тауэра. Бывали дни, когда мы не могли выйти из Тауэра из-за огромного количества народа, собравшегося снаружи.
В рамках проекта людям было предложено сообщать имена членов своей семьи, убитых в бою во время войны, и каждый вечер на закате один из йоменов выходил в море маков и в сопровождении традиционного сигнала горна, используемого при отдаче воинских почестей на похоронах, зачитывал 180 имен.
В субботу 16 августа 2014 года пришел мой черед читать имена.
Я репетировал весь день. Я был полон решимости не допустить ни одной ошибки при произнесении имен. Мне не хотелось подводить павших солдат и их семьи.