— Сейчас покажу! — Берта схватила завернутого щенка и побежала на кухню.
Выйдя из комнаты, Ангст облокотился о шкаф:
— Рановато тебя занесло к нам. Теперь и по ночам работаешь?
— Бывает, — пробормотал Марк под нос, снимая пальто. — Разбудил?
— Кого это ты притащил к нам?
— Сходи да посмотри.
«Не больно разговорчив сегодня, даже напуган. С чего бы?» Ангст протянул Марку руку, осматривая с ног до головы. Светлые, аккуратно зачесанные на бок волосы сливались с бежевым костюмом, придававшим владельцу квадратный вид. Щеки покрылись румянцем и теперь выделялись на бледном невыразительном лице. «Неужели соврал?»
— Газету вот купил. — Марк указал на портфель. — Есть новости про мост, тебе понравится.
— Щенка-то где нашёл?
— Где-где... — Марк стянул с себя шарф, кинул с портфелем на тумбочку и направился к кухне. — В канаве недалеко от склада. Идём уже.
Ангст выждал, пока Марк скроется за кухонной дверью, и схватил портфель. «Пока они там болтают, сюда вряд ли кто- то сунется». Внутри лежали свёрток газеты, документы, деньги, блокнот. Рабочего пропуска не было. «Не со смены он при- шел. Прилизанный, в костюме, нет ни пропуска, ни сменки. Обманщик!» Уложив обратно документы, Ангст вдруг услышал голос Берты:
— Ты уже проснулся? Вот уж точно праздник!
«Вот чёрт, как не вовремя!» Бросив портфель, Ангст быстро обернулся, раскрыв объятия:
— С днём рождения, обезьянка!
— Ну, хотя бы сегодня-то можно по имени? — Шутливо ударив по плечу, Берта повисла у него на шее.
Ангст хотел обнять её, но руки предательски дрожали. «Почти всё убрал, кроме газеты. Спровадить бы её...»
— А что ты там делал? — Берта попыталась высвободиться, но Ангст сжал её в объятиях:
— Знаешь, мы с Марком рассуждали о том, стоит ли тебя тянуть за уши, но, смотрю, они и так больше чем нужно.
— А ну, выпусти! — Берта вытянулась, пытаясь заглянуть Ангсту за плечо. Черные кудри неприятно защекотали его лицо, а в нос ударил резкий запах формалина.
— Если будешь такой любопытной, ещё и нос вырастет! — Ангст схватил её за нос, Берта вскрикнула.
— Что вы делаете? — из кухни выглянул Марк. — Чай стынет. Ангст отпустил Берту. Газета предательски выпала из рук.
Листы разлетелись по полу. «Шут тебя подери!»
— Деремся за свежие новости! — улыбнулся Ангст.
— Вы что, в моем портфеле рылись?
— Так газета не в портфеле была. Скажи, обезьянка? — Ангст взглянул на Берту. Вид у нее был растерянный.
— Конечно, — выпалила она. — И вообще, вы что, собираетесь читать это за праздничным столом? Скука смертная! — Берта зашла на кухню.
Ангст проскользнул за ней.
Возле окна, на своем любимом месте, сидел Тодд. Клетчатый шерстяной плед укрывал его почти полностью. Чтобы не встречаться взглядом, Ангст машинально опустил глаза в пол и заметил белого щенка с рыжими пятнышками на мордочке, лапах и кончике хвоста. Щенок завилял хвостом неуклюже поднялся на лапы, но тотчас распластался по полу.
— Его бы помыть да миску молока налить. — Марк уселся за стол, раскрывая газету.
— Молока! — заворчал Тодд. — Мне бы кто миску молока налил. Ты спроси, когда мы пили в последний раз молоко это?
— Ладно, пойдём гулять и купим, делов-то. — Ангст взял щенка на руки и почесал за ушком. — Имя ему дали уже?
— Чтобы купить, ума много не надо, а ты деньги достать попробуй сначала. — Старик отвернулся к окну, говоря слов- но с самим собой. — Хоть бы месяц где задержался, получку принёс. Восемнадцать лет парню, а он на шее у брата сидит! На моё пособие по инвалидности молоко покупать собаке собрался, ага...
Ангст стушевался, отпустил щенка, отступив к стене. «Достану я деньги, достану. На молоко, на мясо и на билет в один конец, как только вступлю в наследство». Я придумала! — воскликнула Берта. — Папа пусть и на- зовет щенка.
— Открытие моста откладывается на год, — зачитал Марк. — В связи с регулярными нападениями на рабочих часть строителей покинули свои рабочие места. Новая бригада из Эйдоса ожидается не раньше января следующего года. Открытие переносится на...
Выйдя из кухни, Ангст доплелся до комнаты, прикрывая рукой разнывшуюся щеку. Пульсирующая боль давала о себе знать каждый раз, стоило выйти на холод или понервничать, и теперь Ангст не был удивлён её появлению. «На год. Дата открытия переносится. Снова. На год». От бессилия хотелось кричать. «Да когда же я уеду отсюда?!» Оглядывая угольные наброски моста, развешанные по стенам, Ангст отыскал луч- шие из своих работ. «Вот здесь осталось немного подправить поезд, а здесь доработать тени. Будто мост и правда достроят, если я его нарисую...»
Сорвав со стены желтоватый лист, Ангст медленно скомкал его. Затем принялся за второй, третий... Пальцы перепачкались в туши. Из глаз хлынули слезы. «Чёртов мост, чёртовы рабочие, чёртов город...» Послышался грохот — задетый локтем ночник полетел на пол.