— Ты дойдёшь сам? Точно? Если станет хуже, зови врача. — Дурсти достала ключи и сунула ему в руку. Покачала головой, причитая излишне драматично: — Что сделал с тобой этот проклятый город...
Ангст проводил её до машины. Надев солнечные очки, Дурсти помахала рукой. «Интересно, что бы он сделал с тобой, этот город. Хотя, Нисса ведь не стала такой, как все остальные. Значит ли, что мы сами с собой это делаем? Город… Как легко свалить вину на того, кто никак не оправдается».
Красный автомобиль скрылся из виду, и Ангст побрел по тротуару вдоль парка почти наугад. От яркого солнца слезились глаза. «А в Бренвите весной пасмурно и грязно. Хотя как такое возможно, если нас разделяет всего лишь река?»
Запах свежей выпечки отвлёк от размышлений, и Ангст завернул за угол. Здесь, напротив его Академии, стояла всё та же пекарня. «Занятия начнутся уже завтра. А если я не справлюсь?» Присев за столик, Ангст поежился от прохладного ветерка. Та же официантка приветливо кивнула, положив на стол меню.
«Она же помнит, как отдала мне те булки, когда я голодал?»
— Эйдоссиано со специями и имбирным сиропом. — Ангст непроизвольно тряхнул кудряшками, чувствуя, как кровь приливает к щекам.
— Шоколадный круассан не желаете к кофе?
— Пожалуй.
Ангст снова посмотрел на девушку, надеясь разглядеть на лице не то удивление, не то издевку, но она лишь черканула в блокноте и поспешила покинуть террасу. «Интересно, что она думает? Полгода назад чуть не украл объедки, а теперь в дорогом костюме заказываю их лучший кофе».
Достав ручку, Ангст аккуратно вывел на салфетке номер телефона. «Чего гадать, если я могу и сам спросить? Не сейчас, когда она будет свободна».Л
Лепесток, подхваченный ветром, опустился на стол. «Рано цветут деревья, а в Бренвите начнут только в мае». Закончив писать, Ангст прикрыл салфетку ладонью. «Берта была бы рада. В прошлом году в её день рождения лил дождь...» Нащупав в кармане пиджака деревянную модельку паровоза, Ангст поставил её перед собой. Чувство одиночества накрыло с новой силой. «Они там держатся вместе, а я? Ради чего всё это, если даже поделиться не с кем? Марк бы сейчас бурчал о неравенстве, а Берта дулась из-за того, что портим ей настроение этими политическими разговорами. А Тодд бы…»
— Ваш заказ! — Официантка поставила на столик высокий стеклянный бокал, наполненный до краёв воздушной пенкой. Украшали напиток палочка корицы и звёздочка бадьяна.
Вдохнув аромат, Ангст почувствовал, как кожа покрылась мурашками.
Официантка осторожным движением поставила на стол блюдце с пышным круассаном:
— Приятного аппетита.
— Извините, вы, случайно, не помните нашу встречу где-то полгода назад?
Всё так же улыбаясь, официантка поправила волосы:
— Кажется, не припоминаю. Не хотите попробовать блинчиков? Говорят, у нас самые лучшие блинчики в городе.
— Нет, спасибо.
Ангст отпил немного кофе, показывая, что разговор окончен, смял салфетку с номером и сунул в карман. «Ну, конечно, ничего она не помнит. Мало ли нищих, ошивающихся возле кафе?»
Вдруг заиграла мелодия. Совсем близко, в паре метров от Ангста. Обернувшись, он заметил одинокого музыканта у дороги, а возле него — телефонную будку. «Может, позвонить? Вдруг они за меня хоть немного волнуются?»
Откусив круассан, он кинул на стол пару скомканных купюр и побежал к будке. Музыкант проводил его взглядом, продолжая играть мотив лёгкой популярной мелодии.
«Что я скажу?». Ангст снял телефонную трубку и приложил к уху. Послышался протяжный гудок. «Не захотят они со мной говорить, да и не о чём. Наверное». Ангст кинул монету, быстро набрав номер. Прошло несколько гудков. «Может, дома никого нет? Тодд уйти сам никуда не может. А вдруг он?..»
— Слушаю, — ответил голос. Женский, немного охрипший.
— Извините, — растерялся Ангст. — Может, номер не тот?
— Ан? — Теперь голос казался смутно знакомым, старушечьим, по-своему добрым.
— Да, это я, а вы?
— Деми, тётушка Деми, помнишь? — Не дождавшись ответа, она продолжила: — Тодди отдыхает. Наверное, не стоит его сейчас беспокоить.