«Но, Господин, если эти двое оставят жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной, будет ли между ними какое-либо различие, какая-либо разница?»
«Будет, Сумана» — сказал Благословенный. «Щедрый, отправившись в бездомную жизнь, будет превосходить других [монахов] в пяти аспектах:
(1) Как правило, он будет использовать одеяние, которое было подарено именно ему. Редко, [когда он будет использовать] то, которое не было подарено именно ему. (2) Как правило, он будет есть еду, которая была подарена именно ему. Редко, [когда он будет есть] ту, что не была подарена именно ему. (3) Как правило, он будет использовать жилище, которое было подарено именно ему. Редко, [когда он будет использовать] то, которое не было подарено именно ему. (4) Как правило, он будет использовать лекарства и обеспечение для больных, которые были подарены именно ему. Редко, [когда он будет использовать] те, что не были подарены именно ему. (5) Его товарищи-монахи, с которыми он вместе живёт, как правило, будут вести себя приятым образом по отношению к нему посредством телесных действий, словесных или умственных. Редко, [когда они будут вести себя] неприятным образом. Щедрый, отправившись в бездомную жизнь, будет превосходить других [монахов] в этих пяти аспектах».
«Но, Господин, если оба достигнут арахантства, будет ли между ними какое-либо различие, какая-либо разница после того, как они достигли арахантства?»
«В этом случае, Сумана, я заявляю, что не будет разницы между освобождением [одного] и освобождением [другого]».
«Удивительно и поразительно, Господин! Воистину, имеется для того хороший повод, чтобы давать подношения и совершать поступки, приносящие заслуги, поскольку они будут полезными, если человек станет дэвом, [вновь] станет человеком, или же [когда] отправится в бездомную жизнь».
«Так оно, Сумана! Так оно, Сумана! Воистину, имеется для того хороший повод… бездомную жизнь». Так сказал Благословенный. Сказав так, Счастливейший, Учитель, далее добавил:
«Словно чистейшая луна,
По небосводу что плывёт,
Своим сиянием затмевает
В этом мире звёзды все,
Таков, кто в нравственности чист,
И верующий человек.
Щедростью он своей затмит
Всех в этом мире, кто скупой.
Ведь словно грозовое облако с дождём,
Окутанное молниями, с сотнею вершин,
На землю изливает влагу всю свою,
Затапливая этим дол и ровные места —
Так Будды мудрый ученик,
Тот, кто воззрения достиг,
Того, кто скуп, он превзойдёт
И в отношениях пяти:
Как в жизни сроке, так и в славе,
Как в счастье, так и в красоте{401}.
Богатством наделённый, после смерти,
Возрадуется он в небесном мире».
АН 5.32
Чунди сутта: Чунди
редакция перевода: 27.04.2014
Перевод с английского: SV
источник:
"Anguttara Nikaya by Bodhi, p. 655"
Однажды Благословенный пребывал в Раджагахе в Бамбуковой Роще в Беличьем Святилище. И тогда принцесса Чунди{402} в сопровождении пяти сотен колесниц и пяти сотен придворных дам отправилась к Благословенному, поклонилась ему, и села рядом. Затем принцесса Чунди сказала Благословенному:
«Господин, мой брат — принц Чунда. Он говорит так: «Когда женщина или [когда] мужчина принял прибежище в Будде, Дхамме, и Сангхе, и воздерживается от уничтожения жизни, от взятия того, что не дано, от неблагого сексуального поведения, от лжи, от употребления спиртных напитков, вина, и одурманивающих веществ, что создают основу для беспечности, то после распада тела, после смерти, он перерождается только в благом уделе, а не в плохом уделе». Я спрашиваю Благословенного:
«Господин, по отношению к какому учителю следует обладать уверенностью, чтобы после распада тела, после смерти, переродиться только в благом уделе, а не в плохом уделе? По отношению к какой Дхамме следует обладать уверенностью, чтобы после распада тела, после смерти, переродиться только в благом уделе, а не в плохом уделе? По отношению к какой Сангхе следует обладать уверенностью, чтобы после распада тела, после смерти, переродиться только в благом уделе, а не в плохом уделе? Какой вид нравственного поведения следует исполнять, чтобы после распада тела, после смерти, переродиться только в благом уделе, а не в плохом уделе?»
(1) «Чунди, каких бы [в мире] ни было живых существ — безногих или двуногих, четвероногих, многоногих, обладающих формой или бесформенных, обладающих восприятием или не обладающих восприятием, или ни обладающих восприятием, ни не обладающих восприятием — среди них Татхагата, Арахант, Полностью Просветлённый, считается наивысшим. Те, кто обладают уверенностью по отношению к Будде, имеют уверенность в наивысшем, а у тех, у кого имеется уверенность в наивысшем, наивысшим [становится] и результат.