И тогда казначей Пийяка отправился к царю Мунде и сказал ему: «Ваше Величество, Достопочтенный Нарада пребывает в Паталипутте в Петушином Парке. И об этом Достопочтенном Нараде распространилась славная молва: «Он мудрый, сведущий, опытный, умный, учёный, умелый оратор, красноречивый, зрелый, арахант». Вашему Величеству стоит навестить Достопочтенного Нараду. Быть может, когда вы услышите Дхамму Достопочтенного Нарады, вы сможете отбросить дротик печали».
«Что ж, друг Пийяка, уведомь об этом Достопочтенного Нараду. Ведь как может мне подобный [даже] помыслить о том, чтобы отправиться к жрецу или отшельнику, проживающему в его же царстве, без предварительного уведомления?»
«Да, Ваше Величество» — ответил Пийяка. И затем он отправился к Достопочтенному Нараде, поклонился ему, сел рядом, и сказал: «Господин, [жена] царя Мунды, царица Бхадда, дорогая и любимая им, скончалась. С момента её смерти он ни купается, ни мажется [мазями], ни принимает пищу, ни берётся за свою работу. [Весь] день и [всю] ночь он сидит над телом царицы Бхадды. Было бы хорошо, Господин, если бы Достопочтенный Нарада научил бы Дхамме царя Мунду так, чтобы он cмог бы отбросить дротик печали».
«В таком случае, пусть царь Мунда приходит, когда того пожелает».
И затем казначей Пийяка поднялся со своего сиденья, поклонился Достопочтенному Нараде, и, обойдя его с правой стороны, отправился к царю Мунде. Он сказал царю: «Ваше Величество, Достопочтенный Нарада дал своё согласие. Вы можете отправляться, когда того пожелаете».
И тогда царь Мунда сел в превосходный экипаж, и в сопровождении других экипажей со всем царским великолепием отправился в Петушиный Парк, чтобы повидать Достопочтенного Нараду. Он ехал в экипаже, покуда дорога была проходимой, а затем спешился, и вошёл в парк пешком. Он подошёл к Достопочтенному Нараде, поклонился ему, и сел рядом. Тогда Достопочтенный Нарада сказал ему:
«Великий царь, есть пять состояний, которые нельзя обрести отшельнику, жрецу, дэве, Маре или Брахме, или кому бы то ни было в мире… {412}
…
Но если понимаешь: «Вот этого вот блага
Достичь ведь невозможно ни мною, ни другим» —
То следует смириться с подобным состоянием:
«Что я могу поделать, ведь камма столь сильна».
Когда так было сказано, царь Мунда спросил Достопочтенного Нараду: «Достопочтенный, как называется это изложение Дхаммы?»
«Великий царь, это изложение Дхаммы называется «Извлечением дротика печали».
«Вне сомнений, Достопочтенный, это извлечение дротика печали! Вне сомнений, это извлечение дротика печали! Ведь услышав это изложение Дхаммы, я отбросил дротик печали».
И тогда царь Мунда сказал казначею Пийяке: «Что ж, друг Пийяка, кремируй тело царицы Бхадды и построй для неё памятный курган. С этого дня я буду купаться, мазаться [мазями], принимать пищу, и браться за свою работу».
Вторые пятьдесят
I. Помехи
АН 5.51
Аварана сутта: Препятствия
редакция перевода: 10.05.2014
Перевод с английского: SV
источник:
"Anguttara Nikaya by Bodhi, p. 679"
Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи в роще Джеты в монастыре Анатхапиндики. Там Благословенный обратился к монахам: «Монахи!»
«Учитель!» — отвечали те монахи. Благословенный сказал:
«Монахи, есть эти пять препятствий, помех, преград ума, состояний, что ослабляют мудрость. Какие пять?
(1) Чувственное желание — это препятствие, помеха, преграда ума, состояние, что ослабляет мудрость. (2) Недоброжелательность… (3) Лень и апатия… (4) Неугомонность и сожаление… (5) Сомнение — это препятствие, помеха, преграда ума, состояние, что ослабляет мудрость.
Таковы пять препятствий, помех, преград ума, состояний, что ослабляют мудрость. Монахи, не отбросив этих пяти препятствий, помех, преград ума, состояний, что ослабляют мудрость, не может быть такого, чтобы монах с его бессильной и немощной мудростью мог бы знать своё собственное благо, благо других, благо обоих, или же реализовать сверхчеловеческое отличие в знании и видении, достойное Благородных.
Представьте текущую с горы реку с бурным потоком, что протекает длительные расстояния, несёт с собой множество обломков. И вот некий человек открыл бы по обоим её берегам ирригационные каналы. В этом случае течение в середине реки будет рассеяно, рассредоточено, и разделено, и река не будет более протекать длительные расстояния, [обладать] бурным потоком, неся с собой множество обломков. Точно также, не отбросив этих пяти препятствий, помех, преград ума, состояний, что ослабляют мудрость, не может быть такого, чтобы монах с его бессильной и немощной мудростью мог бы знать своё собственное благо, благо других, благо обоих, или же реализовать сверхчеловеческое отличие в знании и видении, достойное Благородных.