«Мирские существа подвержены болезни,
Равно как старости. И отвратительна им смерть –
[Всем людям тем], что всюду существуют
В согласии с природою своей.
И если б испытал я отвращение
К тем существам, имеющим сию природу,
Неподобающе тогда себя б повёл я,
Ведь той же самою природой наделён.
И когда пребывал я образом подобным,
Познал я состояние без всяких обретений.
Все виды опьянений смог преодолеть:
Здоровьем упоение,
Молодостью, жизнью,
Увидев безопасность в отречении [от всего].
И рвение тогда возникло у меня,
Увидел чётко я тогда ниббану.
И неспособен я теперь на то,
Чтобы пуститься в услаждения чувств опять.
И, опираясь на святую жизнь,
Теперь назад уже не поверну».
АН 5.58
Личчхавикумара сутта: Юные Личчхави
редакция перевода: 13.05.2014
Перевод с английского: SV
источник:
"Anguttara Nikaya by Bodhi, p. 689"
Однажды Благословенный пребывал в Весали в зале с остроконечной крышей в Великом Лесу. И тогда, утром, Благословенный оделся, взял чашу и одеяние, и вошёл в Весали собирать подаяния. Походив по Весали в поисках подаяний, вернувшись с хождения за подаяниями, после принятия пищи он отправился в Великий Лес и сел у подножья дерева, чтобы провести здесь остаток дня.
И тогда группа юных Личчхави, взяв свои натянутые луки, ходили и скитались по Великому Лесу в сопровождении стаи собак и увидели Благословенного, сидящего у подножья дерева, проводящего так остаток дня. Когда они увидели его, они опустили свои натянутые луки, отогнали собак в сторону, и подошли к нему. Они поклонились Благословенному и молчаливо встали в выражении почтения, сложив ладони в почтительном приветствии.
И в то время юный Личчхави по имени Маханама прогуливался и разминался в Великом Лесу, когда увидел юных Личчхави, молчаливо стоящих в выражении почтения Благословенному, сложивших ладони в почтительном приветствии. Тогда он подошёл к Благословенному, поклонился ему, сел рядом, и произнёс это вдохновенное изречение: «Они будут Вадджами! Они будут Вадджами!» [Благословенный ответил]:
«Почему, Маханама, ты говоришь так: «Они будут Вадджами! Они будут Вадджами!»?
«Эти юные Личчхави, Господин, жестоки, грубы, и нахальны. Они всегда воруют любые сладости, которые семьи оставляют в качестве даров, будь то сахарный тростник, плоды ююбы, торты, пирожки или сахарные шарики, а затем с жадностью их поедают. Они ударяют по спине женщин и девушек из уважаемых семей{417}. А теперь они молчаливо стоят в выражении почтения Благословенному, сложив ладони в почтительном приветствии».
«Маханама, когда в представителе клана есть пять качеств — будь он помазанным на царство кхаттийским царём, землевладельцем, военачальником, главой деревни, главой гильдии, или же тем, кто осуществляет личное управление над различными кланами — то [в отношении него] можно ожидать только лишь возрастания, а не упадка. Какими пятью?
(1) Вот, Маханама, с помощью богатства, которое он обрёл усердным старанием, накопил силой своих рук, заработал потом и кровью — праведно добытым праведным богатством — представитель клана чтит, ценит, уважает, и почитает своих родителей. Его родители, будучи чтимыми, ценимыми, уважаемыми, и почитаемыми, проявляют сострадание к нему с добрым сердцем, думая: «Долгой тебе жизни, поддерживай длинный жизненный срок». Когда родители представителя клана проявляют к нему сострадание, то [в отношении него] можно ожидать только лишь возрастания, а не упадка.
(2) Далее, Маханама, с помощью богатства, которое он обрёл усердным старанием, накопил силой своих рук, заработал потом и кровью — праведно добытым праведным богатством — представитель клана чтит, ценит, уважает, и почитает свою жену и детей, своих рабов, рабочих, и слуг. Будучи чтимыми, ценимыми, уважаемыми, и почитаемыми, они проявляют сострадание к нему с добрым сердцем, думая: «Долгой тебе жизни!» Когда жена и дети, рабы, рабочие, и слуги представителя клана проявляют к нему сострадание, то [в отношении него] можно ожидать только лишь возрастания, а не упадка.