(8) Затем, Ананда, мысль пришла ко мне: «Что если с полным преодолением сферы отсутствия всего я войду и буду пребывать в сфере ни восприятия, ни не-восприятия?» И всё же мой ум не склонялся к сфере ни восприятия, ни не-восприятия… Я не увидел опасности в сфере отсутствия всего… И через некоторое время, увидев опасность в сфере отсутствия всего, я взрастил это [прозрение]…
И через некоторое время, Ананда, с полным преодолением сферы отсутствия всего я вошёл и пребывал в сфере ни восприятия, ни не-восприятия… когда восприятие и внимание, сопровождаемые сферой отсутствия всего, возникли во мне, я ощутил это недугом.
(9) Затем, Ананда, мысль пришла ко мне: «Что если с полным преодолением сферы ни восприятия, ни не-восприятия, я войду и буду пребывать в прекращении восприятия и чувствования?» И всё же мой ум не склонялся к прекращению восприятия и чувствования, не становился безмятежным, утверждённым, освобождённым в этом, хотя я видел это умиротворяющим. Мысль пришла ко мне: «Почему мой ум не склоняется…?» Мысль пришла ко мне: «Я не увидел опасности в сфере ни восприятия, ни не-восприятия и не взрастил этого [прозрения]. Я не достиг блага в прекращении восприятия и чувствования и не устремлялся к этому. Поэтому мой ум не склоняется к прекращению восприятия и чувствования и не становится безмятежным, утверждённым, освобождённым в этом, хотя я вижу это умиротворяющим».
И тогда, Ананда, мысль пришла ко мне: «Если бы, увидев опасность в сфере ни восприятия, ни не-восприятия, я бы стал взращивать это [прозрение], и если, достигнув блага в прекращении восприятия и чувствования, я бы стал устремляться к этому, то тогда, возможно, мой ум устремился бы к прекращению восприятия и чувствования и стал бы безмятежным, утверждённым, освобождённым в этом, ведь я вижу это умиротворяющим». И через некоторое время, увидев опасность в сфере ни восприятия, ни не-восприятия, я взрастил это [прозрение] и достиг блага прекращения восприятия и чувствования, я устремлялся к этому. Мой ум склонился к прекращению восприятия и чувствования и стал безмятежным, утверждённым, освобождённым в этом, ведь я видел это умиротворяющим.
И через некоторое время, Ананда, с полным преодолением сферы ни восприятия, ни не-восприятия, я вошёл и пребывал в прекращении восприятия и чувствования, и, [когда я] увидел [это] мудростью, мои пятна загрязнений ума полностью уничтожились.
Покуда, Ананда, я не достиг и не вышел из этих девяти достижений последовательных пребываний в прямом порядке и в обратном порядке, я не заявлял о том, что пробудился в непревзойдённое совершенное просветление в этом мире с его дэвами, Марой, Брахмой, с его поколениями жрецов и отшельников, богов и людей. Но когда я достиг и вышел из этих девяти достижений последовательных пребываний в прямом порядке и в обратном порядке, то тогда я заявил, что пробудился в непревзойдённое совершенное просветление в этом мире с его дэвами, Марой, Брахмой, с его поколениями жрецов и отшельников, богов и людей. Знание и видение возникли во мне: «Непоколебимо моё освобождение ума. Это моё последнее рождение. Не будет более нового существования».
V. Схожесть
АН 9.42
Самбадха сутта: Ограничение
редакция перевода: 01.12.2013
Перевод с английского: SV
источник:
"Anguttara Nikaya by Bodhi, p. 1318"
Так я слышал. Однажды Достопочтенный Ананда пребывал в Косамби в Парке Гхоситы. И тогда Достопочтенный Удайи подошёл к Достопочтенному Ананде и обменялся с ним вежливыми приветствиями. После обмена вежливыми приветствиями он сел рядом и сказал Достопочтенному Ананде: «Друг, так было сказано молодым дэвом Панчалачандой{822}:
«Он бык, ведущий стадо, он мудрец.
Будда, который пробудился в джхану,
Обширной мудростью он наделён, и он нашёл
Брешь, выводящую из всех ограничений».
О чём, друг, Благословенный говорил как об ограничении, и о чём как о бреши среди ограничений?»{823}
«Друг, Благословенный говорил о пяти нитях чувственных удовольствий как об ограничении. Каких пяти? Формах, познаваемых глазом — милых, приятных, чарующих, привлекательных, воспаляющих желание, соблазнительных. Звуках… запахах… вкусах… тактильных ощущениях, познаваемых телом — милых, приятных, чарующих, привлекательных, воспаляющих желание, соблазнительных. Благословенный говорил об этих пяти нитях чувственных удовольствий как об ограничении.