В комнате остались лишь Арма и Шимике. Вурусема и Хепат продолжали возиться с Хабет, а Куду-Или вышел в коридор - подышать свежим воздухом. Но, скорее всего, он просто не хотел, чтобы Шимике посчитал, что он как-то воздействует на Инара… На его слова.
- Шимике, - вдруг серьезно сказал Инар, - Ты же понимаешь, что слова Хабет - полный бред. Я бы никогда не запустил в Куду-Или талисманом. Никогда бы не поранил его. Да, я попытался бы остановить его, но… Чтобы откровенно вредить ему - никогда. В конце концов, я обязан ему своей жизнью. Именно Куду-Или выручил меня, когда я был совсем мальчишкой. Именно он отправил меня к тебе. Без его участия я бы загнулся на улице. Куду-Или - почти святой для меня. Ты это знаешь, да?
- Я знаю, Инар, - Шимике положил руку на плечо стихийника, чтобы поддержать и успокоить его, - Знаю. Я сразу понял, что Хабет врет. Но без доказательств я не смел обвинять.
Инар коротко кивнул и с облегчением перевел дыхание.
- С Куду-Или все в порядке? - взволнованно выпалил он, - Точно? Ничего серьезного? Да, вы мне сказали, что он вышел прогуляться, но я не видел его и… Пока не верю. Мне надо посмотреть на него, убедиться. Просто сам я… Сам я ощущаю свою магию как-то не так, как раньше.
- Как? - нахмурился Шимике с беспокойством.
Инар пожал плечами и пробормотал:
- Она будто… Не совсем моя?
Стихийник неопределенно махнул рукой, сосредоточенно щурясь.
- Вот… Ничего не произошло, - печально пробормотал он.
Но как только Инар договорил, деревянный пол под ним вдруг треснул, и из щели показалась ветка дерева, покрытая белоснежными цветами.
Арма еле успел отпрыгнуть. Эээ, это что такое?
- Это не моя магия! - в ужасе воскликнул Инар.
- Твоя, - прервал его Шимике, удивленно округляя глаза, - Но… Чтобы спасти тебя, видимо, Куду-Или… Куду-Или объединил ваши магии.
- Такое возможно? - с интересом уточнил Арма.
- Да, - задумчиво ответил Шимике, - Раньше, много столетий назад, такое часто применяли. Но сейчас - это редкость. Слияние сил - опасный процесс. Если вовремя не провести разъединение, то маги будут до конца жизни зависеть друг от друга. Их резерв рано или поздно превратится в один. И откаты будут касаться обоих…
- То есть Инар стал магом жизни?! - Арма был в шоке, если честно.
- Не совсем, - замялся Шимике, - Но его сила стала иной. В ней появились ростки жизни. Инар стал намного более сильным магом, чем был… Гораздо. Куду-Или буквально отдал ему часть своей сути. Очень смело, но… Наверное, он просто хотел спасти Инару жизнь любой ценой.
- Да нет, - вдруг вяло и неуверенно пробормотал стихийник, - Куду-Или не мог так поступить… Я ему никто! Да, он помог мне однажды! Но сейчас он даже не помнит меня! Не знает моего имени! Для него я - пустое место.
- Ну, конечно! - ехидно подумал Куду-Или, который стоял, прислонившись спиной к двери, и спокойно подслушивал.
Пустое место…
Да, так всегда и было.
С самого начала.
Куду-Или поднес ладонь к своим глазам и увидел, что один из его пальцев обвил побег какого-то вьюнка… Откуда он взялся?
Ах да, магия земли!
Она очень интересно скрестилась с его зои.
Скрестилась? Звучало оригинально.
- Я уверен, Куду-Или, как только окончательно придет в себя, сразу разъединит наши силы, - раздался из комнаты взволнованный голос Инара, - Он просто выполнял долг.
Глупый мальчишка! Такой глупый…
Мальчишка в желтых одеждах. А теперь в розовых.
Да-да-да, Куду-Или вечно его забывал! Зачем ему его помнить? Они из разных миров. Которые никогда не пересекутся.
Инар еще что-то сказал своим теплым, мягким голосом, и Куду-Или распустил свои волосы. Ему всегда хотелось ослабить контроль, когда он слышал Инара.
Глупый мальчишка никогда не замечал, что Куду-Или всегда видел его. Всегда.
Куду-Или сжал в ладони побег вьюнка и медленно побрел по коридору.
Воспоминания захватили его.
========== Глава 27. Воспоминания ==========
Наверное, Куду-Или должен был завидовать своему брату.
Иллуянку холили, лелеяли, баловали…
А он… Он был сыном предателя. Предателя, которого за бунт сожгли чистой зои вместе с женой.
Должны были испепелить и самого Куду-Или. По правилам клана. Но за него вступился дядька. И это он припоминал ему всю жизнь.
С раннего детства Куду-Или отрабатывал свой долг, выполняя самую грязную работу клана.
Волнения в семье… Кто решит вопрос? Куду-Или!
Нужно принять неприятных гостей? На кого свалить обязанность? На Куду-Или!
В резиденции бушует злобный дух? Демон? Кто их уничтожит? Куду-Или!
У клана появились непримиримые враги? Кто их убьет? Куду-Или!
Наверное, Куду-Или должен был завидовать брату. Иллуянка не делал ничего. Но Куду-Или не завидовал. Они оба были связаны по рукам и ногам. Они оба не могли выбирать свою судьбу.
И оба жили в клетках. Один - в золотой, другой - в железной.
Куду-Или не был эгоистом. И не против был жить не для себя. Но со временем ему стало казаться, что его самого просто не осталось.
Кем он был?
Никем. Просто главным палачом своего клана. Оружием, о котором не заботятся.
Куду-Или жил в пузыре, в который не попадал свежий воздух.
Изредка его оттуда пыталась вытащить Лелельвани. Она всегда была рядом. И в тоже время… Ее будто никогда и не было.
Куду-Или был окружен людьми, но до ужаса одинок. Отрешенный, молчаливый, он просто не мог опустить свою броню и открыться другим. Даже тем, кого знал с детства.
Наверное, люди - это не его. Он никогда никому не доверял. Никого не понимал.
Со временем Куду-Или начал задумываться - а не уйти ли ему в монастырь? На полном серьезе. Он просто желал спокойствия. Чтобы его не трогали, не дергали…
Но это были пустые мечты. Никто его отпускать не собирался.
***
Куду-Или исполнился шестьдесят один год, когда он впервые встретил мальчишку в желтом.
Куду-Или шел по столичной улице в окружении своих кукол, которых оживил с помощью своей зои, когда увидел, как пара магов избивали другого. Совсем молоденького…
Куду-Или сам не понял, почему остановился. Он никогда раньше никому не помогал. Кто бы помог ему самому! Но эмоции на лице мальчишки были такими яркими, что Куду-Или сам не заметил, как подошел.
Оказалось, юного мага били за дело. Он украл коробку пирожных у известного торговца. И ведь взял самые дорогие!
Наглец.
- Я все равно не нужен в своем клане, - пояснил мальчишка, шмыгая разбитым носом, - Если подыхать, то не от голода, а с перемазанными кремом губами… Хоть одно удовольствие будет в жизни! Хочу жить, а не существовать! Пусть жизнь моя и будет короткой!