Вдали улицы уже виднелся навес моего дома. Ускорив шаг, я быстро добрался до его дверей. Как и всегда, Типу сладко спал в углу комнаты, пробираясь тихой поступью внутрь дома, стараясь не активизировать у него режим бодрствования, я закрыл за собой дверь и приступил к ежемесячному ритуалу. Я присел на пол и достал все необходимое: фрукты я расположил в центре, а благовония выставил полукругом. Так я просидел, уставившись в окно, минут тридцать, размышляя обо всем, что мне пришлось преодолеть до сегодняшнего дня и том, что еще ждет впереди. В скором времени Типу присоединился ко мне, своей металлической походкой он приблизился к благовониям и попытался уловить их аромат.
— Типу, с каждым днем мне все больше кажется, что твое сознание далеко от роботизированной машины, способной выполнять лишь указы, прописанные учеными! — издав легкий смешок, я продолжил смотреть на своего робота-уборщика.
Наступила ночь, и с ее приходом я уже был готов ко сну. Осталось шесть дней до нашей следующей встречи с Сепой. Найдет ли он что-то, что поможет в создании лекарства? Столкнется ли с новыми преградами? Мысли путались у меня в голове до тех пор, пока сон не сморил меня.
Прошла неделя с тех пор, как мы последний раз виделись с Сепой. Свет луны, пробиваясь сквозь тучи, освещал бархатистый песок пустыни, который становился тяжелее от проливного дождя. Мы сидели под навесом палатки, освещенной светом лампы. Сепа все так же усердно был занят исследованиями и в очередной раз что-то тщательно изучал под микроскопом.
— Знаешь Сепа, кажется, болезнь начинает прогрессировать! Все больше от болезни умирает людей, которые недавно посещали храмы. Симптомы их недуга более скоротечны, чем у городского населения, — пытаясь привлечь внимание своего друга, в ответ я получил лишь неоднозначное мычание. — Итеру скрывает эту информацию от своего народа, дабы не навести на мысли о гневе Богов. Но если так подумать, то не кажется ли тебе это странным, что те, кто посетил храмы, скончались от недуга намного быстрее? — не успев договорить, Сепа перебил меня.
— Нам незамедлительно стоит отправиться в пустыню! — облокотившись о спинку стула, Сепа начал разминать руки. — У меня закончились реагенты, их можно получить из растений, произрастающих в сердце пустыни. Никаких сложностей возникнуть не должно.
Он начал собирать с собой необходимые инструменты для извлечения упомянутых растений. Упаковав их в небольшой мешок, он закинул его себе на спину и уже был готов выдвигаться в путь. Я взял емкость с водой и повесил ее через плечо, было непонятно, сколько времени нам понадобится на поиски, а погода не предвещала ничего путного.
— Я опасаюсь, что за дождем может последовать нечто похуже!
— Кани, тебе ли переживать о плохой погоде, с чем ты только не сталкивался в своей жизни!
— Так-то оно так, но предчувствие, поселившееся у меня в сердце, не дает мне покоя!
Мы выдвинулись вперед, и действительно погода начала ухудшаться прямо на наших глазах. Из-за сильного грома возникало чувство будто небеса вот-вот рухнут. Электрический треск молний заставлял содрогаться внутри, это был не страх, скорее инстинкт самосохранения. Наша одежда, та и мы сами, промокли насквозь. Вода скатывалась с нас ручьями, не успевая задержаться и на долю секунды. Оказаться посреди пустыни в столь зловещую погоду было безумием, каждый из нас понимал, что рискует своей жизнью, но мы не останавливались и шли вперед в поисках тех самых «подлых» растений.
— Вот они! — закричал Сепа, чей голос был едва слышен из-за бушующей стихии.
Он подбежал к горстке камней, возле которой прямо из песка торчали несколько стеблей. Под тяжестью дождевой воды они склонились к своему основанию, словно дожидаясь своей кончины от рук безумного ученого. Стебель за стеблем, Сепа принялся аккуратно срезать растения. Не прошло и пяти минут, как он уже уложил мертвую зелень в контейнер и закинул его в свой мешок.
— Можем возвращаться! — крикнул Сепа своему другу, но в ответ не услышал ни слова.
Такое безразличие заставило его обернуться и посмотреть на Кани. Он стоял, не издавая звука, почти бездыханно. Взор его был направлен в сторону, откуда они держали свой путь. Словно загипнотизированный он не отрывал взгляда от надвигающегося конца.
— Так вот, что означало то предчувствие! — почти что прошептал Кани.
Продолжая смотреть вперед, Кани указал рукой на надвигающуюся бурю. Ее масштабы предзнаменовали скорый конец для них обоих. Песчаная буря неслась к ним навстречу с недюжинной скоростью, стирая на своем пути все, с чем сталкивалась. Ухватив своего друга за руку, Сепа сорвался с места и принялся бежать в противоположную от гнева пустыни сторону. Периодически смахивая рукой дождевую воду с лица, они продолжали двигаться вперед в надежде на чудо.