— Это было не лучшим выходом из сложившейся ситуации, — спокойно отвечает женщина. Она больше не улыбается.
— Моя ситуация! — это ключевое слово. Теперь, кажется, я всё вспоминаю. Внутри меня всё дрожит. Глаза скользят по запястью, и я вижу полоску детского пластыря в цветочек. От мысли о том, что могло бы быть, если бы я всё же довела задуманное до конца, приступ тошноты подкатывает к горлу. Внутри всё холодеет. Это не может быть правдой! Неужели я могла сделать такое?!
— Я наклеила пластырь. Порез неглубокий. Возможно, даже не будет видно шрама, — поясняет Ани.
— Спасибо, — благодарю я женщину. В моей голове царят хаос и паника, я не знаю, что сказать. Я поспешно делаю глоток из стакана.
«Фу! Какая гадость!» — жалуется голос внутри меня. «Не буду пить!» — капризничает он. Я морщусь.
— Лучше залпом, — советует женщина.
На этот раз я слушаюсь. Жмурясь, с усилием быстро выпиваю всё содержимое стакана залпом. Голова отзывается тупой болью на каждое движение моего тела.
— Вы врач? — интересуюсь я.
— Нет, но опыт у меня есть, — загадочно улыбается она.
— Вспомнила! Вы Ани, — вдруг вырывается у меня невпопад. Воспоминания все еще возвращаются урывками, как будто кто-то вкладывает их мне в голову.
— А как мне вас называть? Анабель или Ани? — интересуется она.
«Ух ты, она и это знает! Чёрт, я вчера ей наверное немало рассказала, только не помню, что именно», — волнуюсь я.
— Ани, — отвечаю я и одновременно корю себя, гадая, о чём я наболтала ей вчера вечером спьяну. Было бы странно, если бы кто-то кроме папы меня так называл. Но после вчерашнего дня имя Анабель было мне противно.
— Спасибо, что не бросили меня вчера в баре. Спасибо, что были со мной вчера вечером, — я бесконечно благодарна Ани за её заботу.
Она ничего не отвечает, но по выражению её лица понятно, что она приняла благодарность.
Ани смотрит на часы с толстым кожаным ремешком. Почему-то я уверена, что под ним она скрывает уродливый шрам.
— У меня мало времени, поэтому перейду сразу к делу. Я наконец-то осмелилась устроить себе каникулы, чтобы встретиться со старыми друзьями. Через три часа я улетаю в недельное путешествие. Мой спутник, к сожалению, не может лететь со мной, но я была бы рада, если бы вы составили мне компанию, — синие глаза Ани загадочно блеснули.
— Вы предлагаете мне поехать с вами?! — в моей голове начинает крутиться мысленная бетономешалка.
— Совершенно верно. Я буду очень рада, если вы составите мне компанию в моём путешествии, — повторяет Ани, слегка затаив дыхание. Видимо, для неё это предложение имеет большое значение.
Я не могу вымолвить ни слова, внутри меня начинается паника.
Я смотрю на Ани. Глядя на меня, она терпеливо ждёт моего ответа.
— Спасибо, — начинаю я медленно.
— Я уже давно мечтала куда-то уехать, — продолжаю я, будучи предельно честной. Я давно мечтала уехать из Нью-Йорка, но не могла решить, куда именно.
— Уффф. Я чувствую себя так, как будто вытащила лотерейный билет, о котором давно мечтала, — сравнение странное, но оно приходит в мою голову ниоткуда. Я никогда не покупала лотерейных билетов и вообще не интересовалась подобными вещами, но сейчас это сравнение лучше всего описывает то, что я чувствую.
— Но я, я… — запинаюсь и осекаюсь.
— Но? — спрашивает Ани. Казалось, она уже знает, что последует мой отказ, но хочет услышать это от меня.
— Но это были только мечты, — растерянно произношу я. Сейчас я пытаюсь выбраться из мысленного тупика и сказать что-то вразумительное.
— Ты выиграла лотерейный билет, о котором мечтала. Но как же ты его получишь, если не решаешься его взять? — задаёт логичный вопрос Ани.
— Это только мечты, — снова повторяю я грустно.
— Реальность и мечту разделяет только один шаг, но нужно иметь смелость сделать этот шаг, — Ани морщит лоб.
— Похоже, я начинаю тебя уговаривать, — одёргивает она себя вслух.
— Не скрою, перспектива путешествовать в одиночестве не радует меня. Но это эгоистично с моей стороны давить на тебя. Это твоё решение, — говорит она, и мне кажется, что она уже смирилась с моим отказом.