— Я Хагрид, — объявил он убеждённо. — Рубеус Отто Хагрид, девятнадцати лет отроду. Хранитель земель и ключей Хогвартса. Лесник, кладовщик, дворник и скотник. Привратник ещё. Лесник — потому что присматриваю за делянками волшебных трав, лесной живностью, считающейся собственностью школы, и так, по мелочи.
Но большая часть работы у меня в скотных сараях. Свиньи, коровы и куры у школы свои. Объедков-то вон сколько от школяров остаётся! Не выбрасывать же. Вот я и… Нет, так-то навоз домовики убирают и корм скотине дают, но пригляд всё равно нужен. Они и коров доят, и яйца у кур собирают… Забой и разделка туш опять же на мне.
А конюшни пустые стоят. Не держит теперь школа лошадок. Не учат школяров выездке. Почему-то. Раньше учили, а теперь нет.
Ещё на мне клетки с волшебной живностью для уроков. Вот к ним домовики не подходят и близко — боятся. Жрут их зверушки. Тут уж сам, всё сам.
Ещё я дворник. Траву скосить, снег убрать, дорожки к теплицам и квиддичному стадиону песком посыпать, чтоб детишки в грязи не увозюкались, к Рождеству пихтами Большой зал украсить… За мётлами пригляд, опять же, за сараем с инвентарём.
Привратник — дык, школьные ворота открываю, если пришёл кто. Поглядываю, чтоб створы не ржавели, петли смазываю. Много работы, много. И сколько платят? Три галеона в месяц. Маловато как-то… Но мне хватает. Профессор Дамблдор сам кошелёк с получкой заносит первого числа каждого месяца. Значит, через неделю в окошко постучит. Великий человек Альбус Дамблдор! Благодетель!
Огласив окрестности пылкой речью, Хагрид горделиво подбоченился. Даже жалко, что никто не слышал, как он красиво и гладенько всё обсказал. А слова-то какие умные на язык пришлись! Словно подсказывал кто. Потоптавшись на месте, пошёл дальше. Чего-то усталость навалилась, как будто весь день мешки с зерном на складе ворочал.
Статуи крылатых кабанов спесиво задирали рыла к первым звёздам. От высоких постаментов красивыми яркими дугами расходились охранные щиты школы. Кожу покалывало от сильных чар. Скользнув по рослой фигуре, щиты признали своего и беспрепятственно пропустили.
Хорошо смазанные петли кованых ворот не издали ни малейшего скрипа. Приоткрыв калитку, Хагрид прошёл на территорию школы. Избушка маячила светловатой кровлей в темноте. Привычно нашарив ключ под каменной ступенькой, отпер тяжёлый навесной замок и вошёл в своё жилище. Скинув сапоги, прошлёпал к кровати и рухнул, не раздеваясь. Всё потом. Всё пот… Хр-р.
* * *
Летние ночи коротки, а в деревне встают рано. Эту истину доходчиво сообщил сводный хор петухов, истошно орущий в курятнике, приветствуя новый день. Никакого будильника не надо.
Посетив солидного размера будку туалета во дворе, Хагрид умылся в бочке под водостоком. Ощупал щёки без малейших признаков юношеской поросли, тяжко вздохнул. Ну да, это у человеческих юношей в девятнадцать лет и усы, и борода, а ему, полувеликану, до этакой красотищи ещё долго ждать. Великаны-то по несколько тысяч лет живут, и двадцать лет у них — раннее детство… Вся надежда на человечью кровь в жилах. Эх, ему бы такую же бороду, как у Дамблдора!
Косматую шевелюру собрал шнурком в хвостик. Расчёсывать не было ни малейшего желания. И так хорошо.
Хлебнул из носика чайника вчерашнего разопревшего травяного чая, закусил коркой хлеба — и в путь. Работа сама себя не сделает, а скотина есть хочет.
Сначала помог домовикам в свинарнике запаривать зерновую посыпку. Бестолковые тварюшки чуть было гороховой муки поросятам не заварили! Вот где у них мозги, спрашивается? Отругал, обучил, дальше пошёл.
В коровнике оглядел захандрившую корову, почесал в затылке. В чулане порылся в самодельных лекарственных запасах, большей частью представленных в виде сушёных веников, отобрал нужное и скормил сбор лечебных травок животине. Дождался шумного отхождения газов, потрепал по холке повеселевшую бурёнку и отправился в курятник.
Несушки уже на гнёздах, ишь очередь устроили! Конец мая, а наседки ещё не все вывели цыплят — тут приставленный к делу домовик бдит, убирает пустые скорлупки и негодные яйца. Старательный. Похвалил тварь ушастую. Ласковое слово все любят.
Теперь школьные клетки со зверьём для уроков профессора Кеттлберна: кормить, поить, чистить. Осмотреть глаза — по ним сразу здоровье или нездоровье зверька видно, подточить когти, вычесать шерсть, убрать лишнюю чешую, разобраться с выползками… Работы много.