— Ой, мамочки! — всхлипнула тихонько. А ведь вполне возможно, она держала в руках первопричину образования так восхитившего Флитвика кратера. Что там произошло, в далёком прошлом? Предки не поделили ШТУКУ или наоборот — всем миром пытались уничтожить? В последнее охотно верилось. Уничтожить не смогли, а вот изолировать у них получилось. И забылось всё со временем — в кальдере поселились люди. Мелькали века, люди то приходили, то снова забывали о тайном местечке…
А потом припёрлась Светка и едва всё не порушила.
Она потерянно огляделась по сторонам, потрогала свёрток спящего в тепле фамильяра, провела рукой по траве. Благословенное мирное Убежище оказалось древней тюрьмой-хранилищем...
Нельзя, чтобы кто-то об этом узнал — современные маги вряд ли с древней напастью справятся. Пусть ШТУКА мокнет в подземном роднике ещё тысячу лет, а лучше — до скончания времён. Феям она не интересна и вряд ли вообще способна подчинить кого-либо из крылатого народца. Пусть феечки всем своим Царством охраняют древнее зло.
А Светка... В голову к ней ни один менталист не залезет, но есть ещё и Веритасерум… В сопротивлении к этому зелью у Светты уверенности не было. Подольёт кто-нибудь и скажет: «А расскажите-ка нам, Светочка, все свои секретики». Тут-то она и выложит…
— Нет, я не Фродо Беггинс, господа! Это вообще другая сказка! Нафиг! — гордо высказавшись в темноту, мисс Вудвилл, стиснув зубы и зажмурившись, вызвала в памяти малейшие подробности нескольких минут с момента, как начала стягивать мокрые панталоны, и взмахнула волшебной палочкой:
— Обливиэйт!
* * *
Пирог с мясом и картошкой слегка подгорел, но пах просто умопомрачительно! И на вкус удался. Вон её мужчины уже по второму-третьему куску уписывают. Аж приятно посмотреть! Плеснув себе ещё чайку, Светта вопросительно уставилась на довольно отдувающегося профессора. Черновики вчерашних изысканий она уже набело переписала в большущую амбарную книгу под номером один — «Рабочий дневник Филиуса Флитвика. Кальдера».
За пару недель в Убежище у компании беглецов успел сложиться своеобразный распорядок дня. Завтрак в шесть часов — все оказались ранними пташками. Потом занятия чарами с профессором. Впрочем, Хагрид, посетив парочку первых уроков, бессовестно дезертировал. У него, мол, дела-заботы и вообще недосуг. А Светта с упоением махала волшебной палочкой, тихонько бормоча под нос загадочные слова на ломаной латыни. Как же классно, когда есть компетентный учитель!
Флитвик был учителем от бога. Объяснял понятно, рассказывал интересно… А успехи своей единственной ученицы сопровождал обязательной похвалой.
Обед. Разговоры, обсуждения, планы…
Потом они с профессором шли изучать очередную обнаруженную им древнюю чародейскую редкость и возились порой до поздней ночи. Тогда прибегал Хагрид и с руганью конвоировал обоих домой.
Поздний ужин. Снова разговоры, обсуждения плодотворно прожитого дня. Перед сном Светта переписывала свои записки в амбарную книгу, что-нибудь читала и засыпала.
Рабочий дневник неспешно пополнялся: рабочие схемы, наброски, отдельные мысли… Светке очень нравилось наблюдать за Флитвиком в работе. Тем более, он никогда не гнушался объяснить, что сейчас такое интересное делает. За эту пару недель она узнала столько нового!
Профессору понравилась их своеобразная библиотека. В дождливые дни он усердно пыхтел над восстановлением старых томов, порой находя кое-что интересное для себя. Конечно, большая часть книг была обычными школьными учебниками прежних времён, но не все. По словам Флитвика, было много редкостей, а порой и уникальных инкунабул. Особо ценными он считал рабочие записки прежних профессоров, мемуары и дорожные дневники. И не поспоришь. Светка с профессором была совершенно согласна.
Завтрак подходил к концу, когда флитвиковская сова Афина принесла прессу. А на первой полосе «Ежедневного пророка» красовался карандашный портрет Светки с на редкость дебильным выражением лица: «Разыскивается особо опасная преступница!»
Мисс Вудвилл лишилась дара речи. Хагрид хрюкнул в изумлении и вытаращился на сестрёнку, словно у той вторая голова выросла:
— Загрызи меня корова! Ты?!
Флитвик выглядел совершенно ошеломлённым:
— Дементора мне в родню! — выругался он в унисон полувеликану. — Это что?! С чего бы вдруг… Немыслимо! Вы-то здесь причём?! — схватив газету, принялся читать вслух.
Оказывается, это Светта проникла в Хогвартс, оставшийся без бдительного директора, и, околдовав Хагрида и Филиуса Флитвика, погубила их в мерзком ритуале. Её видели жители Хогсмида и охотно дали интервью.