«Аларик – гнозец и прекрасно знает устройство двигателя, возможно, это было спланировано заранее?»
«Не исключено. В любом случае, я постараюсь вам помочь».
«А что насчёт Свона, где он?»
«Скажем так, во время перемещения в данную конкретную Хронологию, он свернул не туда и угодил в её зеркальную версию, – проговорил соматид с явным наслаждением».
«Это ты так устроил? – спросил Рилвэйдж, но ответом ему стала лишь глухая ухмылка. – Продолжим поиски Свона?».
«С удовольствием, капитан, – ответил ХэлБи. В это время капитан проходил мимо большой стеклянной аудитории, в которой собралось по меньшей мере человек двадцать, все они сидели на стульях и слушали лектора, стоящего за кафедрой. Капитану на мгновение показалось, что он кого-то смутно ему напоминает, словно встретил знакомого, только на несколько веков моложе».
«Доктор Свон, мы нашли его! – воскликнул Рилвэйдж и вошёл внутрь».
– Принимая во внимание ситуацию с багровым плачем, все ухудшающуюся по экспоненте, считаю необходимым как для каждого гражданина станции в отдельности, так и для «Маджестика» в целом поставить приоритетной задачей исследования в области генной и биоинженерии, успехи в которых уже сейчас гарантируют человечеству шанс на выживание и увеличение продолжительности жизни в несколько раз, – закончил доктор Свон свой доклад и зал тут же загудел.
– Попрошу тишины! – произнёс твёрдым голос в микрофон седовласый мужчина, на вид лет шестидесяти, сидевший рядом со Своном. Зал тотчас замолчал. – Спасибо за ваше развёрнутое выступление, доктор, вы довольно обстоятельно объяснили, почему ваши исследования должны быть продолжены. Хочу также сразу вас заверить, что вашу компетентность в этой области никто не ставит под сомнение, – он на секунду замялся и быстро глянул на Свона, после чего повернул голову в сторону сидящих в самом углу зала троих неприметных мужчин, одетых в серое, и внимающих каждому произнесенному здесь слову. Один из них что-то постоянно записывал в свой блокнот. Биллингтон продолжил: – Тем не менее мы все ещё не готовы принять возможные сопутствующие риски от ваших исследований.
– Мистер Биллингтон, вы не понимаете всей серьёзности ситуации. Наш вид стоит на грани вымирания, если мы не будем действовать решительно уже сейчас, то завтра будет уже поздно, – запротестовал Свон в полном непонимании того, почему ему снова отказывают в поддержке. Джонатан Биллингтон быстро встал, давая собравшимся понять, что дебаты закончены и любые апелляции излишни, взял Свона под руку и силком вывел из аудитории в коридор. Рилвэйдж вышел следом, трое «серых» вышли последними и принялись о чем-то дискутировать неподалеку, словно не хотели упускать Биллингтона со Своном из поля зрения.
– Послушайте, Петер, – начал первым Биллингтон, резко остановившись метрах в трех от входа в аудиторию и не давая доктору опомниться, троицу он будто не заметил, – вы добились того, к чему стремились всю свою жизнь – получили признание мирового сообщества, а с ним и билет сюда, на «Маджестик», – он развел руки в стороны. – Здесь у вас есть всё, в отличие от тех заблудших и обречённых на вечные муки душ там внизу: тёплая постель, обильное питание, лаборатория, оснащённая по последнему слову техники, неограниченное финансирование, но самое главное, тут вы в полной безопасности. Подумайте об этом, – Биллингтон поднял указательный палец правой руки вверх, будто взывая к разуму Свона.
– Как вы можете говорить о благах здесь, когда на Земле люди борются за своё выживание, и какая мне польза от всех ваших денег, если я не могу направить их во благо? – Свон с трудом сдерживал себя от того, чтобы не ударить Биллингтона.
– Доктор Свон, не вы ли одним из первых с радостью приняли предложение о переселении сюда? Мне кажется, ваши слова немного расходятся с вашими действиями, – напомнил ему Биллингтон и тут же добавил: – Насколько мне известно, на Земле не слишком впечатлились результатами ваших исследований, а скорее наоборот, сочли их крайне радикальными.
– Это не повод бросать тех, кто меня отверг на произвол судьбы, они еще не до конца осознали все возможности и потенциал моих разработок, – защищая своих гонителей произнёс Свон. Биллингтон одни движением руки притянул доктора к себе так, что их глаза смотрели друг на друга почти в упор. Основатель «Маджестика» произнес тихим, но твердым голосом: