- Вы можете управлять огнем?! – восхитилась я.
- Могу, - и он в одно движение сняв перчатку, продемонстрировал. Над его указательным пальцем вспыхнул огонек, как на свече. И тут же погас.
- Тогда я не понимаю, - мы уже подъезжали к воротам Белой долины. – Почему Кьяра не смогла завершить слияние?
- С драконами все иначе. Они живут в призрачном мире. И чтобы добраться до живой души дракона, надо провести ритуал, открывающий особый путь туда. Такой, чтобы вернуться. А Кьяра, уже пыталась. И каждый раз ее попытки заканчивались только лишь истощением сил. Она восстанавливалась, пробовала снова и снова. Пока не решилась на преступление.
- Какое преступление? – тут же оживилась я.
- Она вытащила из призрачного мира дитя. Видишь ли, Ани, дети драконов другие. Со взрослым можно установить контакт, говорить. Их мысли подобны нашим. А у драконят все иначе, они общаются энергией, даже не образами. Это похоже на бесконечный водоворот, полет в полной темноте, где ты слышишь только какие-то непонятные звуки.
Не слышала я никаких звуков, тут же вспоминая, как дракон отдавал мне камень. Только чувства, тепло, благодарность, прилив сил.
- И почему же это является преступлением? – не поняла я.
- Малыши дикие и неуправляемые. Они излучают огромную силу и магию, которая им еще не подвластна. Раньше такое случалось, всего пару раз. И нам хватило двух разрушенных городов, чтобы наложить запрет на подобные союзы. Требовалось очень много времени, чтобы фейр и драконенок научились понимать друг друга. Детей вытащить проще. Но удержать, даже мне не под силу, - и он как-то задумчиво посмотрел на меня.
- Что значит завершенное слияние?
- Мне нравится, что ты начала задавать вопросы, Ани. Было очень странно все это время наблюдать за твоим немым любопытством.
- Вёльда предупредила, что вопросы здесь задавать опасно, - честно ответила я.
- И теперь ты с ней не согласна?
Я на секунду задумалась. И наконец ответила, скорее себе.
- Теперь я поняла, что намного опаснее не задавать вопросы. И чтобы выжить в вашем мире, я должна узнать, как можно больше.
Гёрх-Ан одобрительно кивнул.
- Завершенное слияние, это когда видимым этому миру становится кто-то один.
- Так значит вы можете говорить с драконом даже сейчас? И кто из вас главный?
- Даже сейчас, Ани, он слышит тебя, так же, как я. В день слияния мы стали равны.
***
С того момента, как мне выделили постоянную комнату в одной из башен, жизнь несколько улучшилась. Светлая, теплая, красивый вид из окна, небольшая прилегающая к спальне купальня, прям как в доме Гёрх-Ана. Часто завтрак мне приносили в комнату. И теперь он сильно отличался от того, что подавала мне Вёльда каждое утро. Я не жаловалась, для меня было привычным есть хлеб, масло и запивать водой. В зимнее время мы с Энн именно так и питались. Но теперь я удивлялась почти каждое утро, то новому варенью, то неизвестным мне ягодам, рассыпанным поверх теплых оладий. Иногда мы обедали с Гёрх-Аном в общей столовой, либо в его кабинете. В его компании еда всегда была особенной и вкусной. Но это и понятно. Он ведь сам Верховый Хранитель и близкий родственник повелителя Белой долины.
Только недавно я узнала, что Светлейшая Рин-Ан мать Рандара, в прошлом повелительница Белой долины, приходилась родной и старшей сестрой Гёрх-Ану. Она была красива, как лунная ночь. На последних ее портретах, какие мне довелось увидеть в замке, она очень походила на своего брата. Стройная, длинные белые волосы до талии, завитые в объемные кольца, холодные серые глаза, гладкая кожа и очень добрая улыбка. Такая, словно она улыбалась не просто так, а кому-то. Кому-то важному и самому ценному для нее.
Все время я размышляла о своей новой жизни. И о том, какой она может быть. Иногда я злилась и впадала в отчаяние. От того, что больше никогда не увижу Энн и свой дом, ее дом. От того, что я осталась одна. И от того, что мне отведено так мало лет жизни. Иногда я чувствовала себя каким-то домашним зверьком, попавшим в добрые руки.
Но иногда я радовалась новому дню, восходящему солнцу, красными полосами освещающему край моей кровати. Я радовалась Горту, за которым принялась ухаживать каждый день, хоть это и не требовалось. Я полюбила ежедневные тренировки с Гёрх-Аном в тот момент, когда все-таки смогла удержать равновесие. Я полюбила свою жизнь сильнее, чем раньше.