Ненависть вспыхнула яркой вспышкой, как только Степан осознал, что сказал этот тип. Как известно, она является плохим советчиком, но ведь это только метафора? Степан не успел удивиться четкому пониманию «правой в челюсть», которое выкристаллизовалось у него в мозгу, как его нога уже пришла в движение и вошла в соприкосновение со смеющимся лицом. Удар пришелся не просто точно, а весьма точно и удачно – сказавший подавился смехом и, клацнув зубами, вылетел с тележки.
Ах ты… - его напарник слишком резко оторвался от созерцания дороги, отчего транспорт стал на дыбы, а он, так и не успев завершить фразу, получил на прощание удар под дых и скатился кувырком за своим товарищем.
Развернуть повозку для Степана было секундным делом. Она словно ждала его команды и понеслась с резвостью арабского скакуна, подскакивая на травяных кочках.
Осталось разобраться с наручниками. «Ящик с инструментами» - снова неожиданно проскочила в голове мысль и Степан стал озираться по сторонам. «Я же его видел», - уверял он себя, подключив к поискам свободную руку и через несколько секунд поиски увенчались успехом. Ящик оказался под коленками. «Я же помнил, что где-то видел», - удовлетворенно подумал Степан, откидывая крышку.
Длинные кусачки! Это именно тот предмет, который мог бы без труда избавить от железных браслетов. «Как же, без труда… Особенно когда одна рука пристегнута. Чем я должен их держать? Зубами? Стоп, а если прижать коленкой и навалиться… Ага!» Цепочка наручников хрустнула и переломилась пополам.
Тележка встала, как только Степан увидел лежащее на земле тело. Он медленно сполз с платформы, понимая, что не увидит ничего приятного, и на негнущихся ногах поковылял, не сводя глаз с девушки. Земля качалась под ногами, а в глазах плескалась радужная рефракция от преломления света в наполнившей их влаге.
Ему показалось, что Джейн пошевелилась. Может быть это просто движение света, ведь глаза стали так ненадежны…
Степан присел и взял ее кисть в свою руку. Теплую, но совершенно безвольную. Маленькую кисть с тонкими пальчиками.
- Ты… - слабо прошептала Джейн не открывая глаз.
- Кхм, - не смог от неожиданности ничего ответить Степан.
- Чувствую… Втянула… - слова давались ей с трудом и было видно, что они причиняют боль.
- Все будет хорошо…
- Нет… Не будет… - голос Джейн обрел силу, - Пообещай мне… Пообещай что найдешь меня! Найдешь…
Она открыла глаза и попыталась подняться, но силы оставили ее, и Джейн замолчала, теперь уже навсегда. Сколько ни тормошил ее Степан, ни пытался привести в чувство, все было напрасно. Наконец, потрясенный, он сел рядом с ней и замер, закрыв лицо руками.
Испытывал ли он какие другие чувства, кроме щемящей душу жалости? Степан не хотел разбираться в этом, но точно мог сказать только одно – он чувствовал себя ответственным за судьбу доверившейся ему девушки. Да, именно доверившейся! Его мастерству и удачливости, готовности прийти на выручку в опасной ситуации, когда от действий одного зависела жизнь другого и наоборот. Может быть, это он лишь внушил себе, и все обстояло не так однозначно, но свои отношения с Джейн Степан определил именно так. И в глубине души он понимал, что прав и жил по этой правде.
Путь от холодной враждебности до полного доверия друг другу оказался короче, чем можно было ожидать. Это не удивительно, если сама природа настраивает нас на сближение во всех смыслах. Джейн поделилась своей судьбой – отдала кусочек себя в чужие руки, надеясь на то, что они окажутся чисты и не принесут вреда ее сокровенному внутреннему миру. Такое доверие нужно было заслужить. А потом и оправдать.
Вот с последним получилось как-то не очень. «Нежели я должен привыкнуть к тому, что у меня на руках будут умирать те, с кем меня близко сведет судьба? Впрочем, как и я сам, но только уже на их руках» - Степан еще раз бросил взгляд на лежащее тело и тяжко вздохнул.
Внутри него разлилась ничем не заполненная пустота. Неожиданно для себя он понял, что часть его сознания была заполнена вот этой, с виду обыкновенной девушкой, занявшей в нем пусть и небольшую, но сокровенную долю. И с этим предстояло жить.
Сзади послышался дробный топот ног. «Добежали-таки, - равнодушно подумал он, и сразу четко возник план действий, - В голень с разворота первого и оглушить ударом споткнувшееся тело второго. Что это? – так же равнодушно отметил Степан, - Я приспосабливаюсь к реалиям Анклава, в смысле: с волками жить - по волчьи выть? Шлифуюсь его жесткими нравами?»