Мерседес взлетел, как на трамплине, тяжело плюхнулся сначала массивной мордой, а потом брюхом, выбив искры из асфальта, и заглох. «Без проблем, - пробормотал Степан, толкая ручку в «нейтраль». - Вот такая теперь у меня будет повозка.» Тяжелая машина недоверчиво качнулась, словно не веря во вновь обретенную жизнь, и нехотя поползла, постепенно набирая скорость. На ее место сразу же прилетел пикап, вдавил бампер в капот, постоял в задумчивости на смятом передке, поддерживаемый двумя передними колесами и завалился набок.
У драйверов времени на оценку обстановки было побольше. Тележки бросились в стороны от дороги, проскочили щиты в объезд и быстро стали сокращать расстояние. Мотало их изрядно, подбрасывая на травяных кочках, но имея преимущество в весе, они вскоре догнали тяжелую машину, постепенно забирая ее в клещи.
Подушка, наполовину заполнившая пассажирское сидение, обмякла и смялась, превратившись в сушеную грушу, которую обваляли в серой муке.
- Я до-до попудил? – показалось из-под смятого пластика лицо Коляна с разбитым носом.
Капельки крови собирались в тонкие ручейки, норовящие выскочить на верхнюю губу, и затем разбежаться жидкой ртутью по подбородку. Колян несколько раз безрезультатно втянул носом воздух, а потом просто обтер нос рукавом, отчего размазанная кровь придала его лицу ритуальную раскраску типа «боевые усы».
- Ничего особенного. Мы выскочили из хабора. И это хорошая новость.
- А попая?
- Похоже нам наступает капец.
Тележкам удалось зайти с флангов, и мерседес пока спасало лишь то, что они не могли как следует прицелиться, отчаянно подпрыгивая на травяных кочках. Пара выстрелов убедила в этом и стрелков, когда своими длинными стрелами они чуть не поубивали друг друга.
Колян, наконец, совладал с травмой, подсушив кровь, и прочистил нос пальцем:
- Так ты драйвер, что ли?
- Да ну! Заметно, что ли? – усмехнулся Степан. – Категория непонятная только. Что значит буква «Б»?
- Я в этом не разбираюсь. А вот в том, что капец приближается – даже очень. Эта штука может ехать быстрее?
- Я и так делаю что могу! – поджал губы Степан, - Он слишком тяжелый, фашист проклятый.
- Смотри, смотри! – Колян ткнул пальцем в лобовое стекло, но Степан уже все видел и сам.
Одна из тележек прибавила прыти и выскочила на дорогу перед машиной. Ее стрелок наклонил импровизированную турель, выцеливая жертву.
- Ложись! – закричал Степан, понимая, что произойдет дальше.
Две длинные стрелы пробили лобовое стекло и застряли в нем, выступая наружу хвостовиками. Мерседес затормозил, и его занесло, развернув боком. Вторая тележка подскочила к первой, ощетинившись двумя оставшимися стрелами. На первой стрелок лихорадочно производил перезарядку.
- Раптора на вас нет, - прошипел Колян, высовывая стреломет из окна.
- Вот те раз! А где же он?
- Как где? В другой стороне хабора. Ты вообще на местности не ориентируешься?
- Нафиг оно мне надо, когда ты дорогу показываешь.
Степан крутанул руль и машина, сделав полукруг, повернула в сторону хабора. Стрелы, выпущенные товарищем, хоть и не попали в цель, но испугали стрелка, отчего и его выстрелы пронеслись мимо.
Дверца лежащего на боку пикапа откинулась и, упираясь руками, оттуда выбрался крепыш в камуфляже. Он сел на крыло и достал перевязочный пакет.
- Что происходит-то? – худой мужчина средних лет, словно высушенный солнцем и прожаренный песками, подошел к нему, отряхивая некогда белую майку, тряпкой свисающую у него с торса, - Кого гонють? Это же мерин братьёв Готье. У нас в хаборе что, переворот?
- Не твоего ума дело, - крепыш зубами разорвал упаковку и принялся пристраивать пластырь на рассечённую бровь. – Вон, - он кивнул на лебедку, - Твое дело ручку крутить, так и крути.
От лебедки тянулись тонкие канаты к деревянным щитам, которые, словно скрывающиеся под землей гигантские лягушки, открыли свои пасти навстречу тому, кто должен был ворваться в хабор. Но сейчас все вышло наоборот.
- Не суйся Микки, не нашего ума это дело, - прислушивающийся к разговору высокий блондин со шрамом на щеке пренебрежительно махнул рукой.
- Вот и я говорю, Джек, может мы зря прихлопы поднимали. Припомнят нам это братья-то.
- Работай давай, - блондин зло сплюнул, досадуя, что Микки может оказаться прав.
Лебедка скрипнула и щиты медленно поползли вниз, закрыв свои ненасытные пасти. Микки с блондином попрыгали на каждом и повозили сандалями по песку, прикрывая полосы, возникшие от разницы между щитами и вырытыми под них нишами.