Увидев выражение лица одного из могущественных стихийников, молодые маги наконец поняли, что все не так радужно, как им казалось вначале.
– Он напал внезапно. Мы не ожидали атаки. У него очень необычная аура, – сказал Закари.
Как будто не слушая его, член Магического Совета продолжил говорить:
– Вы хоть представляете, сколько мы заплатили за старые артефакты в том сундуке? Сколько средств потратили для розыска и выкупа? Вы годами будете отрабатывать этот долг.
– Мы не знали, что везем. До самого момента проникновения в гостинице, – зачем-то решила уточнить Нейран.
И опять хозяин кабинета не обратил внимания на реплику от проштрафившихся подчиненных.
Хотя если говорить строго, то девчонка не относилась к его клану, но сейчас это уже не играло большой роли. Слишком большой прокол совершила эта парочка.
– Надеюсь, вы смогли выяснить, кто вам задал трепку и выставил на посмешище перед всеми королевствами?
Парень-огневик сначала было вскинулся, готовый сказать что-то резкое, но мгновенно передумал, стоило ему взглянуть в мрачные глаза магистра.
Отвечать стала воздушница:
– Командир отряда представился и назвал лорда-колдуна. Но мы потом еще раз проверили в библиотеке в книге по родословной древнеимперских родов. Это был Готфрид Эйнар. Он напал на нас и забрал груз.
Наступила пауза. Алмеро задумчиво произнес:
– Клинок Заката. Из Великого Дома Эйнар. Понятно, почему вы ничего не смогли сделать. Я слышал, что он умер от отравления. Вы уверены, что это был именно он, а не кто-то из сыновей лорда Вардиса?
– Абсолютно, в записях есть его описание, подходит идеально.
– Выходит, глаза и уши клана ошиблись. Или, что более очевидно, ансаларцы смогли каким-то образом его спасти.
На самом деле, магистр прекрасно знал, что случилось с отпрыском одного из семей Тэндарийской низины. Ведь это он приказал убить его. Оставалось непонятно, как он сумел выжить.
– Может, удастся найти того наемника, – произнесла Нейран.
Девушка в голубом плаще выглядела более инициативной, чем огневик рядом.
– Сам он не смог ничего украсть, но уверена, что через него можно выйти на заказчика и другого вора.
Алмеро резко остановился.
– Какого еще другого вора? Вы же только что сказали, что поймали его.
Юная волшебница смутилась. Парень опустил взгляд к полу, не смея глядеть в разъяренное лицо старшего мага.
– Да, одного. Но другой сумел все же похитить какой-то жезл, за которым посылали первого вора. Он не справился, а вот второй оказался более умелым.
– Какой еще жезл? Хотите сказать, что перед тем как попасть в руки ансаларцев, из сундука что-то вытащили? И вы говорите об этом только сейчас? Вы что, идиоты?!
Последний вопрос прозвучал с такими интонациями, что становилось понятно, что член Совета не спрашивал, а скорее делал утверждение.
Оба молодых стихийника потерянно молчали. Пытаться как-то возражать никто не хотел. Тем более справедливость упреков было трудно оспорить.
И опять в комнате наступила тишина. Магистр снова уставился в окно, не обращая внимания на молодых адептов в кабинете.
– Поедете в Кротус, в наше представительство. Войдете в группу наблюдателей за Анклавом Теней, – наконец сказал он, не поворачиваясь к двум растяпам. – Может, там от вас будет хоть какой-то толк.
Дождавшись их ухода, маг уселся на стул с высокой спинкой, удобно откинулся, веки сомкнулись, отсекая от реального мира. Заклинание Зова требовало определенной концентрации даже для опытных волшебников.
Предстояло выяснить, какие именно артефакты отправили в том злополучном сундуке. В гонку за обретением власти над Разломом в Бездну включались все новые и новые игроки. Нельзя позволить кому-то обогнать в этом деле Кланы. Ведь цель находилась уже так близко.
А после этого… После этого в Фэлроне больше не останется никого из одаренных, кроме адептов стихий. Уж Алмеро об этом обязательно позаботится.
Глава 8
Мощные стены опоясывали город гигантской змеей песочного цвета. На разных промежутках стояли невысокие башни наблюдения, между ними ходили вооруженные воины, чьи шлемы блестели в лучах яркого солнца. В некоторых местах из-за высокого ограждения выглядывали отдельные группы построек.
Должно быть, поселение возводили на сильно холмистой местности, тем самым возвышая некоторые здания над другими естественным образом.
Поначалу казалось, что дизайн строений чем-то напоминал восточные мотивы, но приглядевшись, становилась понятной ошибочность данного суждения.