На море бушевали громадные волны, они беспощадно затопляли еще недавно плодородные поля. Огромный купол Храма Кума раскололся на части, когда под ним взорвалось жерло вулкана, тысячи лет служившего обрядам Мистерий. Разбушевавшаяся стихия поглотила весь полуостров Кума. С высоты нескольких тысяч метров падали раскаленные камни и куски скал, неся смерть и разрушение.
Солнце медленно клонилось к закату. И когда ночь вступала в свои права, земля задрожала еще сильнее. На полях и в скалах разверзлись исполинские трещины, бурные потоки воды сметали все на своем пути. Когда разгневанное море сталкивалось с раскаленной лавой, оно выбрасывало высоко вверх густые облака пара.
Вдруг от сильного толчка остров вздрогнул так сильно, что в воздухе оказались и камни, и люди. В одно мгновение вся горная цепь ушла под землю, в свете ярких вспышек огня.
Анкор и Фенур, упав на траву, вспомнили тех несчастных, которые убежали в горы. Скорее всего, их постигла страшная участь – быть погребенными под раскаленными потоками лавы.
– Выживут только рыбы, украшающие древние храмы Юга! – воскликнула Фенур.
– Нет, и они обречены. Мистерии Атлантиды, шли они на благо или нет, навеки поглотил ненасытный вихрь времени.
– Все к лучшему, Анкор!
– Не сомневаюсь! Иначе и быть не может… Смотри!
– Учитель Саримар! – закричала девушка и побежала к Малому Храму, до которого было всего метров сто пятьдесят.
Подземный толчок сбил юную пифию с ног, и она покатилась вниз. И все, кто был рядом, не смогли сдержать крик ужаса, увидев, как один из каменных многогранников, отломившись от колонны Храма, всей своей тяжестью упал на учителя. Когда к нему подбежали Анкор и Фенур, двенадцать гвардейцев и Посвященных уже успели отодвинуть каменную глыбу весом более тонны. Саримар получил чудовищный удар в спину, обе его ноги были сломаны, учитель истекал кровью. Но он встретил потрясенных молодых людей все с той же сердечной улыбкой. Неестественной была только бледность, покрывшая его лицо.
– Учитель! – в один голос воскликнули влюбленные.
– Дети мои, мне грех жаловаться, – сказал он, шутя, – я столько ударов нанес Божественному Закону Гармонии и считаю вполне справедливым, что один из ее символов, в свою очередь, ударил меня.
Голос учителя становился все тише. Прикрыв глаза, он улыбнулся им в последний раз и прошептал:
– Я перехожу из того места, где очень мало света… в другое… очень светлое… Я буду ждать вас… Мы возродим Кум… на новой земле!..
Это были его последние слова: издав глубокий вздох, он умер.
Анкор попросил всех удалиться, и с помощью Фенур помог учителю освободиться от физической оболочки намного быстрее, чем если бы он делал это один. Потом они вернулись к тем немногим, кто остался рядом. С трудом преодолевая свой страх, смертельно уставшие люди охрипшими голосами продолжали петь религиозные гимны. Старый плотник, находившийся среди них, вдруг показал на море. Там происходило нечто странное. Море отступило назад на сотни метров, открыв глазам измученных людей скалистое дно, которое никогда не показывало раньше.
– Смотри, Фенур! Божество в своей бескрайней доброте показывает нам, как силы Природы отступают, перед тем как нанести удар, и как земля поднимается вверх, чтобы потом броситься в объятия моря.
– Кажется, что бог моря продолжает искушать деревья и мраморные статуи, показывая им красоты морских глубин. Взгляни на эти золотистые скалы и на спокойные воды, журчащие среди камней!
– Да… Но птицы напуганы этим спокойствием, холодным и безмолвным. Видишь? Они по-прежнему кружат в небе! Ласточки не решаются ни сесть, ни улететь: многовековой инстинкт удерживает их в небе Посейдониса.
– Когда здесь не останется ничего, кроме воды, бедные птицы будут снова и снова, еще много тысячелетий, возвращаться сюда и, не находя берега, бросаться в море.
– Ты слышишь, любимая, скалы уже дрожат и грохочут, словно кто-то отбивает барабанную дробь!
– Это Закон Справедливости. Он звучит за пределами видимого мира и пытается разбудить Таинственного Обитателя… Анкор!
– Да, Фенур…
– Солнце садится, думаю, море больше ждать не будет…
– Дух создан для славы, а тело нуждается в боли, – тихо прошептал Анкор.
– Да, любимый, боль ведет к освобождению, ведь это расплата за наши прежние долги…