- Чужачка...- произнесла мать болярина.
Мы направились к дороге, но я всё же попыталась.
- Болярин, мне помощь твоя нужна...
- Анна, свидимся. Нужда и мне с тобой видеться... А на матушку не серчай, она добра. Я у неё один, но я как скажу, так и будет.
Половину из его речи я не поняла, но всё же уловила, что встретимся, а этого мне и надобно было.
Вскоре мы вернулись к нашему дому, сказку я до рассказала уж на ночь.
Минуло ещё пару дней, встреча с болярином состоялась у нас на берегу реки. Выдалась мне свободная минутка и я решила посидеть в тишине, размышляя о том, как же мне быть.
Он подошёл со спины, совсем не слышно.
- Анна... - позвал он меня тихо.
- Иванко Захарьич...- я всё-таки вспомнила его отчество.
- Анна, моя ясноокая, - он заулыбался.
- Иванко Захарьич, есть у меня к тебе просьба.
- Просьба? Прость?[2]- он явно не понял меня.
- Ааа прос[3] должно? - вопросительно на меня посмотрел.
- Глаголь прос, - теперь я его уже не поняла.
- Нужда поехать туда, где зазнались, - это я с трудом подбирая слова, попыталась объяснить, что хочу от него.
- Нужда? Утеряла тамо?
- Да, утеряла, - я решила, что пусть думает, что я там чего-то потеряла.
Он внимательно на меня посмотрел, я не поняла, почему он так смотрит.
- Ревун[4] теплый, вдвоем поедим? - произнес задумчиво.
Что ещё за ревун, я не поняла, но согласно махнула головой.
- Срядились, по утру едим, - произнёс.
Мы ещё немного поговорили, встретиться решили на этом же месте. Этой ночью я почти не спала, мысли о возвращении меня не оставляли.
Ранним утром я стояла на берегу Волхова, ждала болярина. Он подошёл так же неслышно, без коня. Я ничего не понимая. уставилась на него. Ехать мне думалось неблизко, а уж пешком идти, так думаю дня два надо.
- Анна поидим? - спросил.
Я несколько не сомневаясь махнула согласно головой.
В ответ он поманил рукой меня, как бы зовя за собой. Я пошла, это конечно было с моей стороны опрометчиво, но в отчаянье я хваталась за любую соломинку.
Куда мы направляемся, стало понятно. когда мы подошли к воротам, большим, деревянным, по бокам от них шли земляные насыпи. Два мужика отворили, деревянный засов, размером так, примерно с большое бревно.
Ворота приоткрылись, мы вышли. Рядом стояли две запряженные телеги, в каждой сидело по человеку. В одну сел болярин, мне указал на другую, я послушна села.
Только мы тронулись, водитель моей телеги, повернулся голову и посмотрел на меня. К моему удивлению, это оказалась крепкого телосложения женщина. Думая о чём-то своем, я и не заметила её одежду и покров на голове.
То, что я не одна среди мужчин, немного успокоило меня и я решила завести разговор.
- Скажите, а долго нам ехать?
- Чегой-то? - она меня не поняла.
С трудом понимая друг друга, мы разговорились. Мой водитель-попутчица оказалась очень разговорчивой и весёлой, всю дорогу она рассказывала мне о своей семье и детках. Оказалась второй телегой управлял её муж, он давно уж ходит под рукой болярина.
Уже ничему не удивляясь, из разговора узнала имя женщины, Бабура[5]. Имя для меня звучало странно, и напомнило мне бабушку, хотя для бабушки женщина была ещё молода.
Словоохотливая Бабура поведала мне, что на месте мы будем вскоре после полудня. Внутри меня теплилась надежда, я ехала к месту где, как мне думалось, вернусь к своей прежней жизни.
[1] В 1162 году половецкий хан Белук выдал свою дочь замуж за смоленского (на тот момент) княжича Рюрика Ростиславича. Хан Белук (? — после 1168 года) — половецкий хан бурчевичей, отец хана Гзака( принял христианство) Гзак один из персонажей «Слова о полку Игореве».
Многие русские князья были женаты на половчанках( принимали христианство), как пример третьей женой Владимира Мономаха была дочь хана, женой Юрия Долгорукова и матерью Андрея Боголюбского была дочь хана Аепы по имени Анна( крещена и обвенчана в 10лет). Князь Игорь ( Слово о полку Игоревом) был сыном половчанки, сам в плену женился на дочери половецкого хана. Итого 11 князей связали свою судьбу с половцами.
Был достоверный случай и когда русская княжна становилась женой хана. В 1151 году в сражении князя Юрия Долгорукого с князем Изяславом Мстиславичем при реке Руте был убит князь Владимир Черниговский, жена его бежала к половцам и вышла замуж за хана Башкорда. Она была дочерью Всеволода Городенского.
ГЛАВНОЕ - половцы, как народ, не были однородны, это был союз племён. Хан каждого племени принимал решение самостоятельно, поддержать ему какого-то князя или наоборот выступить против него войной. Набеги совершали, как половцы на русичей, так и наоборот. Всё это проходило с переменным успехом. Погибали и бывали взяты в плен как русские князья, так и половецкие ханы.