– Вы о чём, милорд? – встревожилась бабушка. – Я ничего не знаю о проклятии.
– Если верить нашим семейным хроникам, леди Джоанне было угодно пожелать, чтобы мужчины нашего рода выглядели так уродливо, как только можно, чтобы ни одна девушка не увлеклась таким. Вернуть себе нормальный облик можно было только в том случае, если бы какая-нибудь всё же согласилась выйти замуж – за такого, каким его видела. И для этого не нужна была ваша кровь, было достаточно обычной влюблённой девушки. Мне в своё время повезло, и моя невеста вместо урода, с которым согласилась жить жизнь, получила в мужья прилично выглядящего человека. Я правильно понимаю, что моему сыну тоже повезло, так, леди Анна? – отец Эдварда глянул на неё испытующе.
– Я не понимаю, о чём вы, – честно ответила Анна. – Он таков, каким я его увидела с самого начала. Я не видела ни кривых ног, ни оттопыренных ушей, ничего такого, о чём вы все шептались. Я видела красивого мужчину, – пожала она плечами. – И клянусь, в нём ничего не изменилось.
– О таком я только читал в семейных хрониках, как о редкостном чуде, – усмехнулся лорд Реджинальд. – Значит, в этот раз судьба оказалась сильнее проклятия леди Джоанны. Мой отец пытался ухаживать за вами, миледи, – он поклонился бабушке, – я сам предлагал всё, что имею, вашей дочери, но мы оба не преуспели. И увы, наш род действительно вырождается. Я ещё могу призвать волков, но ни один из моих сыновей не может этого. У меня четыре сына, это младший. А старшие – Томас несколько лет назад упал со стены и повредил позвоночник, он не может ходить. Ричард потерял руку в сражении. Джон, судя по всему, не может иметь детей. А вот этот сын давно ушёл из дома, и я не надеялся уже увидеть его вновь.
– Я чуть было не уплыл в Другой Свет, но мне показалось, что сначала нужно съездить домой. И если дома ничего хорошего – то уезжать, всё забыть и строить новую жизнь на новом месте, – сказал Эдвард. – Я не знал, что мы остановимся в этом замке и что судьба сведёт меня с Анной, – он поймал её взгляд и улыбнулся.
– А я знал, что младшая дочь лорда Ривертора – не замужем и даже не просватана, я очень внимательно следил за вашей жизнью. Я давно вдовец, и мысль жениться на дочери прекрасной Элизабет казалась вполне подходящей. А когда супруг Элизабет появился накануне ночи Самайна в моих владениях – было несложным делом заманить его в лес и договориться. И заранее отправить в замок своего человека, чтобы он проследил за выполнением договора.
– Так это ваших рук дело? – вскинулся лорд Генри.
– Конечно, моих.
– И кто помог вам? – продолжал спрашивать отец.
– Томми-менестрель, да? – догадалась Анна. – Он не дал мне сбежать сегодня вечером.
– Да, это он. Я думаю, что в моём положении можно использовать любые средства. Тем более что в итоге всё сложилось благополучно, – пожал плечами лорд Реджинальд.
– Не уверена, – отрезала бабушка.
– И даже счастье вашей внучки не изменит вашего мнения? – спросил лорд Реджинальд.
– Не знаю, – бабушка поднялась и вышла.
Следом за ней потянулись и остальные.
– Миледи, подумайте о свадебном платье, это должно быть приятно для вас, – сказал лорд Реджинальд, поднимаясь. – Алое? Серебряное? Золотое?
– Нет, милорд, – вдруг сказал Эдвард. – Я слышал, миледи хочет розовое платье с тысячей жемчужин.
Анна вскинулась – зачем рассказывать эти детские глупости?
– Что ж, придётся найти, – пожал плечами лорд Реджинальд и оставил их одних.
Они с Эдвардом взглянули друг на друга… Анне случалось петь про объятия и поцелуи, но в этот раз действительность оказалась лучше песни.
* * *
Сорокалетняя Анна убрала золочёные иглы и сощурилась на закат. Красноват, ветрено будет завтра. Хорошо бы без дождя, дождь дороге не помеха, конечно, но посуху лучше, всякий это знает.
Да, потом была свадьба, и платье с жемчугом, и прекрасная диадема, и всё, чего она только могла пожелать. У них родились два сына и дочь, более того – видимо, тот ритуал с чашей что-то где-то подправил, и уже у Фрэнсис родился красивый и здоровый сын – через полгода после их с Эдвардом помолвки. А в каких-то старых фамильных документах было написано, что при родстве названных двух семей те, кто вступил в брак, и их потомки имеют преимущественное право на наследство. Эдвард, будучи младшим сыном, оказался наследником Блэк-Рока.
Впрочем, он и по сей день оставался наследником – лорд Реджинальд был стар, но не дряхл, и живо интересовался как делами замка, так и происходившим вокруг. Он был на хорошем счету у её величества, и поэтому деньги в семье водились.